Эпоха Пара

Я паро-панк
и я люблю паро-панк

ПубликацииПубликации ПрограммыПрограммы ИгрыИгры ТоварыТовары

Глава XXX.
Краткий очерк состояния крепостного дела за границей за период времени от окончания русско-японской войны до начала мировой (1906—1914 гг.)

Крепостное дело за границей

Из иностранных государств особенно широко и разумно использовала для крепостного строительства опыт Порт-Артура Германия. Уже с 1905 г. в трудах выдающихся тогдашних писателей: Шретера, Фробениуса, Тепфера, Ставенгагена и др. делались из этого опыта разнообразные выводы и предложения, а позже переводились на немецкий язык труды русских военных инженеров, так или иначе затрагивающие этот опыт. Есть основание полагать, что отдельные предложения поверялись полигонными опытами, обсуждались Инженерным комитетом, применялись частично на крепостных маневрах и т. д.

Наиболее горячая работа по крепостному строительству велась с 1904 г. в крепостях Мец, Тионвиль, на скале Истейнер-Клотц (броневые батареи у железной дороги, идущей вдоль правого берега верхнего Рейна, между Гюнингеном и Неуенбургом), а также на восточной границе — в Кульме, Грауденце, Кенигсберге и в перешейках Мазурских озер. В 1904 году отпуск денежных средств на крепостное строительство сравнительно с предшествующими тремя годами был увеличен в среднем на 3 850 000 марок. В общем же с 1900 по 1914 гг. на крепостное строительство была отпущена 471 848 481 марка, но к этой сумме надо еще добавить расходы на приморские крепости, на крепостную артиллерию и на средства освещения в крепостях. Так что за 15 лет расходы на крепости по артиллерийской и инженерной части достигали в среднем около 16 млн рублей в год, распределяемых на 35 крепостных управлений.


— 299 —

Из всех германских крепостей, совершенствовавшихся за десятилетие от начала русско-японской и до начала мировой войны (1904—1914 гг.), самой крупной по размерам и самой мощной по своим фортификационным постройкам и по вооружению, несомненно, являлась крепость Мец. На этом образце крепости наиболее ярко выявилась эволюция долговременной фортификации за указанный выше период времени. О том, как возникла мысль расширения Меца и обращения ее в гигантскую современную крепость активного характера, было уже сказано в главе XXVIII. Там же было указано, что до 1904 г. немцами на левом берегу Мозеля было сооружено 3 “фесте”: Лотарингия, Кайзерин и Кронпринц, а на правом берегу, на юге — два броневых форта: Хезелер и Сомми (фиг. 140).

Фиг. 140. Крепость Мец Фиг. 140. Крепость Мец

— 300 —

С 1905 г. на правом берегу Мозеля закладываются новые “фесте”: Вагнер, Луитпольд и форты Шени, Лавальер, Мей, а впереди них, в расстоянии от центра крепости около 13 км, отдельные броневые группы-батареи: де-Сорбей, де-Мон, де-Сильи и С. Барб. В 1907 г. закладывается последняя “фесте” фон дер Гольц. На фиг. 141 приведена схема “фесте” Вагнер, законченной в 1907 г. и отличающейся по своему устройству от прочих до сего времени возводившихся “фесте” левого берега. Здесь мы видим почти сплошное нагромождение построек ближнего боя (фортов и опорных пунктов), прикрывающих с флангов две основных броневых батареи B1 и В2. Из приложенных к чертежу обозначений можно составить себе достаточно ясное представление о всей группе и приходится лишь обратить внимание, что в этой новой группе немцы применили одну новинку — в виде батареи В3 на две 15-см пушки на железнодорожной установке. На левом фланге этой батареи очевидно открытой, но долговременной по устройству, устроен бетонный пороховой погребок, а метрах в 150 позади и в стороне — бетонное же укрытие для орудий. Железнодорожный путь, по которому подвозятся орудия, отходит в тыл и тянется далее внутрь крепости в северо-восточном направлении к лесу Опиталь, где были расположены батареи и запасные магазины.

+ увеличить картинку + Фиг. 141. «Фесте» Вагнер (Мец) Фиг. 141. «Фесте» Вагнер (Мец)

— 301 —

В общем этот новый образец “фесте” в отличие от тех “фесте”, которые были устроены на левом берегу Мозеля до 1905 г., обращает на себя внимание заботой об организации ближней обороны: вначале строятся 2 броневые батареи и на них основывается вся сила “фесте”, но затем не ограничиваются обеспечением от внезапного захвата этих батарей путем окружения их проволочными сетями и целой серией наблюдательных постов, а создают на флангах и в тылу сооружения ближнего боя форты и опорные пункты, с которых постройкой фланкирующих органов обороняют все ближние и дальние участки местности, окружающей “фесте”. К этому надо еще добавить необычайное развитие подземных сообщений — потерн, связывающих между собой все отдельные элементы “фесте”.

Фиг. 142. Броневая батарея Виллер-д`Орм (проект) Фиг. 142. Броневая батарея Виллер-д`Орм (проект)

Почти одновременно с “фесте” Вагнер строилась и соседняя с ней к востоку “фесте” Луитпольд (у селения Орни), имеющая аналогичное устройство, но несколько меньшие размеры и соответственно меньшее количество отдельных элементов.

В 1907 г. была заложена последняя “фесте” фон дер Гольц на правом берегу Мозеля, у Мерси. Это была одна из крупнейших


— 302 —

“фесте” Меца. Вначале здесь тоже построили броневые батареи, а потом стали их окружать фортами и опорными пунктами и всеми средствами развивать организацию ближней обороны: устройство особых минных казематов с зачатками контрминных систем, устройство бетонных блокгаузов для фланкирования в изобилии расположенных кругом фортов и опорных пунктов проволочных сетей, постройка промежуточного полукапонира, фланкирующего промежуток между этой “фесте” и северным укреплением Шени; постройка этого полукапонира была начата только в 1911 г., а постройка блокгаузов для фланкирования сетей — в конце 1913 г. и в начале 1914 г. В общем эта самая большая из всех “фесте”, занимавшая площадь в 205 га, к началу войны не была закончена. Стоимость ее в таком незаконченном виде расценивается французами в 19,5 млн франков; в законченном виде “фесте” обошлась бы немцам в 25 млн марок.

Около 1908 г. крепостное начальство спроектировало новую “фесте” между фортом Мей и селением Мальрой. Это был очень интересный по замыслу проект, который не успели до начала войны привести в исполнение: “фесте” была только разбита на местности. Сначала предполагалось возвести поперек дороги из Меца в С. Барб, в 1500 м к северо-востоку от форта Мантейфель, неподалеку от селения Виллер-д'Орм, броневую батарею этого же названия; она должна была состоять, как это видно из схемы, приведенной на фиг. 142, из трех броневых башен с 10-см пушками с небольшим капониром, пристроенным к северному краю бетонного массива батареи, обстреливающим вдоль входную аппарель. Для обеспечения батареи от внезапного захвата с южной стороны к массиву ее должна была примыкать стрелковая траншея полукруглого начертания с небольшим бетонным убежищем У. Вся батарея с траншеей окружалась проволочной сетью шириной в 8 м, наблюдение за которой должно было производиться часовыми, размещенными в броневых будках 6, разбросанных по насыпи батареи и траншеи. Затем постепенно к батарее должны были быть пристроены дополнительные сооружения. Прежде всего, от северного угла ее массива предусматривались отходящими две потерны П: одна, длиной в 90 м, вела к броневому наблюдательному посту О, внедренному в проволочную сеть, расположенную впереди батареи (к востоку); другая, длиной в 70 м, вела к бетонному убежищу-казарме К, выход из которой в виде длинной аппарели вел в северную траншею длиной в 280 м, имевшую кремальерное начертание. В этой траншее имелись еще три небольших бетонных убежища У и две пулеметных установки. Снаружи траншея окружалась проволочной сетью шириной в 8 м, сливавшейся с сетью, окружавшей батарею и южную траншею;


— 303 —

сеть эта охранялась часовыми в броневых будках, расположенных на бруствере северной траншеи. Кроме того, вся совокупность построек окружалась снаружи еще проволочной сетью в две полосы шириной каждая в 8 м. По такому проекту стоимость всего сооружения, представлявшего по существу уже не одинокую батарею, а группу (“фесте”), исчислялась в 1 720 000 марок. Но затем были составлены дополнительные проекты, предусматривавшие: 1) потерну, отходившую от полукапонира в северной части батареи к небольшому бетонному блокгаузу Б, скрытому в ближайшем к батарее лесу де-Гримон; потерна эта шла с уклоном в 1/15; стоимость ее с блокгаузом была определена в 100 000 марок; 2) другую потерну, также исходившую из северной части самого массива батареи, тянувшуюся на протяжении 160 м к юго-западу, где она входила в расположенную там бетонную казарму для артиллеристов батареи, пулеметчиков и одной роты пехоты, составлявшей гарнизон северной и южной траншей; горжа казармы оборонялась из бойниц, проделанных в фасадной стене, и из небольшого полукапонира у северного края казармы, окруженной со всех сторон проволочной сетью. Стоимость казармы площадью 96 м х 16 м и потерны была исчислена в 650 000 марок. Таким образом, вся “фесте” с указанный добавочными постройками должна была стоить около 2,5 млн марок.

К 1908 г. на правом берегу Мозеля других “фесте” кроме Вагнера, Луитпольда и фон дер Гольца (находившейся в постройке) построено не было, и только позже появились “фесте” у Сент-Барб, де-Мон и Сорбей, которые носили характер “фесте”, проектированной для Виллер-д'Орм. Особенность этих “фесте”, в сравнении с прежними, заключалась в том, что в них главное значение придавалось броневым батареям, а пехотные позиции, устраивавшиеся при них в виде траншей или опорных пунктов, лишь прикрывали их от внезапного захвата. Такой характер “фесте”, возводившихся на правом берегу и в более значительном удалении от ее центра, чем прежние “фесте”, объясняется тем, что против этих фронтов немцы не могли ожидать правильной атаки Меца со стороны французов: здесь в случае обхода возможна была лишь артиллерийская атака и атака открытой силой, против которых были вполне достаточны выдвинутые значительно вперед броневые батареи, надлежаще обеспеченные от захвата.

1908 г. явился для немцев переломным этапом: с этого времени они отрешаются от возведения “фесте” того типа, который ими был принят раньше. Действительно на образце проектировавшейся “фесте” у Виллер-д'Орм мы видим, что в правобережных “фесте” первенствующее значение придается


— 304 —

броневым батареям. Затем оказывается, что на левом берегу Мозеля на промежутке между “фестами” Лотарингия и Кайзерин в 1908 г. создается новая “фесте” Вольфсбер, носящая совершенно особенный характер, не схожий ни с характером прежних “фесте” левого берега, ни с характером новых “фесте” правого берега. Местность здесь ровная, почти без всякой растительности и наблюдается почти вся целиком с позиций атаки. Единственное надежное средство оказать здесь сопротивление артиллерийской атаке немцы видели в создании хорошо примененной к местности позиции, по структуре своей носящей полевой характер, но по устройству — долговременный. По французским данным, здесь была создана позиция на два батальона. В каждом батальонном районе имелась солидная, просторная бетонная казарма со всеми необходимыми приспособлениями для пребывания в ней во время сильной бомбардировки. Впереди казармы устроены траншеи с бетонными одеждами внутренних крутостей — для поддержек, с бетонными же убежищами или в самих траншеях или вблизи них. Еще далее впереди находится передовая линия траншей, изобильно снабженная бетонными убежищами, броневыми наблюдательными постами и такими же будками для часовых, пулеметными установками, фланкирующими впереди расположенную проволочную сеть и местность, наконец установками для подвижных бронекареток Шумана. Все это окружено со всех сторон проволочной сетью, а внутри всей “фесте” помещены еще два броневых наблюдательных поста для руководства огнем батарей “фесте” Лотарингии, расположенной уступом назад и не имеющей дальнего обзора.

С 1909 г. наблюдается в Меце (см. фиг. 140) застройка промежутков между левобережными “фестами” промежуточными небольшими группами и фортами: таковы “фесте” Лейпциг, укрепления Боа-де-Дам и Мариваль, форт Вемон к северо-востоку от “фесте” Лотарингия. На многих из этих укреплений, равно как и на фортах и опорных пунктах правобережных “фесте”, с этого времени возводятся специальные органы фланкирования промежутков, схожие с русскими промежуточными капонирами и полукапонирами. В значительной степени развиваются также проволочные заграждения на металлических кольях, в несколько полос по ширине, и тщательно подводятся под фланковый огонь с особых фланкирующих построек. Так, на форту Боа-де-Дам для обеспечения фланкирования промежутка между укреплением Мариваль и “фесте” Кайзерин были поставлены броневые пулеметные казематы, несколько напоминающие собой по устройству броневые галереи для стрелков, которые в 1909 г. предлагались в России профессором Буйницким


— 305 —

для установки на фасах фортов, подверженных сильному поражению во фланг; такие галереи однако не были приняты вследствие их дороговизны. У немцев в Меце они нашли себе применение, будучи дороже русского изобретения, так как имели большую вместимость и большую толщину стенок.

В общем, с 1909 г. в Меце наблюдалось проявление немцами больших забот об организации ближней борьбы: от прерывчатого наружного обвода из отдельных “фесте” они постепенно начинают переходить к прежнему сплошному обводу, в котором “фесте” являются лишь сильными опорными узлами; от крепостного плацдарма активного характера мало-помалу переходят в сторону чисто оборонительных мероприятий, что особенно начинает выявляться непосредственно перед началом мировой войны и особенно во время нее.

Замечательные работы, характеризующие приспособление крепости Мец к чисто пассивной обороне с одной стороны, а с другой стороны — необычайное искусство немцев применяться к местности, были произведены на северо-западном участке наружного обвода крепости. Здесь в расстоянии от переправ через Мозель 8,5 км имелся длинный и узкий хребет Горимон, который сильно выделялся среди окружающей местности, имея крутые склоны, особенно в сторону неприятеля; впереди лежащая местность изрезана складками, доставляющими противнику готовые подступы, укрытые от фланкового огня. Немцы не приняли здесь шаблонного решения в виде создания по концам хребта “фесте”, хотя бы и снабженных органами фланкирования промежутка между ними, а придумали нечто своеобразное: с 1911 г. они стали здесь отрывать непрерывный ров на склоне, обращенном к неприятелю. Поперек этого рва от места до места были устроены двухэтажные фланкирующие постройки, нижний этаж которых фланкировал сам ров, а верхний, вооруженный полевыми пушками, обстреливал впереди лежащую местность (снова идея промежуточных капониров). Позади этого рва на вершинках были возведены три более или менее обозначившиеся группы самых разнообразных построек: здесь были убежища, траншеи, наблюдательные посты, пороховые погребки, орудийные и пулеметные установки — все тщательно примененные к местности, разбросанные, но долговременного характера. Вся совокупность построек получила наименование позиции Горимон. Передовой ров этой позиции протяжением почти в 6 км к началу войны не был еще закончен и начинался от Амонвильерских каменоломен, которые также были использованы немцами довольно искусно для преграждения промежутка между вольфсбергской и горимонской позициями. Работы здесь состояли в устройстве группы траншей, обильно снабженных


— 306 —

подземными убежищами и окруженных рвом, выделанным в скале и фланкируемым из кофров. По свидетельству французских инженеров, это было замечательное сооружение, могущее оказать сильное сопротивление как артиллерийскому обстреливанию, так и ближней атаке, и на котором немцы показали свое искусство использовать для обороны объект промышленного характера.

Фиг. 143. Укрепление Фев Фиг. 143. Укрепление Фев

На правом фланге горимонской позиции с 1914г. едва было приступлено к постройке на возвышенности 333,5 — в расстоянии 250 м от селения Фев — весьма оригинального укрепления того же названия (укрепление Фев), проект которого был составлен еще в 1909 г. Это была не “фесте”, а расчлененный форт, как понимался этот термин в тогдашней австрийской литературе, о чем речь ниже. Укрепление Фев (фиг. 143) представляло группу из трех долговременно оборудованных траншей: западной — А, северной — Б и восточной — В, дававших огонь по трем главным направлениям. Эта группа охватывалась со всех сторон рвом, имевшим в плане форму трапеции, основания которой имели длину в 440 м и в 200 м, а высота — 340 м. Ось этой трапеции имела направление на северо-восток. Ров имел ширину в 20 м, на дне его была расположена проволочная сеть. Фланкирование рва производилось на напольном и боковых


— 307 —

фасах из двойного кофра к, вооруженного 8 пулеметами, и из одиночного кофра к1, вооруженного 4 пулеметами; оба кофра были спереди покрыты проволочной сетью шириной в 10 м, расположенной у подошвы гласиса. Горжевой ров получал фланковую оборону из пулеметного капонира, пристроенного справа к жилой казарме, в фасадной стене которой были устроены бойницы для обстреливания местности в тылу укрепления.

Внутри укрепления были разбросаны: броневой наблюдательный пост о, четыре броневых наблюдательных будки для часовых б, вделанные в бетонные массивы с небольшими убежищами, одно убежище у для дежурной части, одна бетонная караулка м. Все эти постройки были связаны с казармой и кофрами при помощи потерн п.

Кроме всего этого, укрепление было в изобилии снабжено сильными органами фланкирования промежутков, а именно: 1) полукапонир, устроенный под броневым постом для часового севернее западной траншеи А, фланкировал двойную полосу непрерывной проволочной сети, направлявшейся на запад до горимонской позиции; 2) небольшой кофр Ф, вооруженный 6 пулеметами, фланкировал 3 пулеметами местность в направлении на правый угол селения де-Флеви, расположенного на правом берегу Мозеля, в 10 км к северо-востоку от селения Фев, а 3 остальными пулеметами — местность в южном направлении от укрепления Фев; 3) небольшой промежуточный полукапонир Т, расположенный южнее восточной траншеи В, вооруженный двумя 77-мм пушками, обстреливал местность в направлении на колокольню вышеупомянутого селения де-Флеви и южнее на угол в 50°; наконец 4) промежуточный полукапонир ПР, примыкавший к горжевой казарме и вооруженный двумя 100-мм пушками, обстреливал местность в направлении на селение Фальи, расположенное на правом берегу Мозеля, в 12 км к юго-востоку от селения Фев и в 2,5 км к северо-востоку от форта Мей, а также на 50° к северу от этого направления.

Из приведенного обзора постепенного развития крепости Мец в XX веке вплоть до начала мировой войны видно, насколько гибко и разнообразно было решение немцев в отношении применения новейших фортификационных форм к характеру местности, подлежавшей усилению: сначала “фесте” там, где достаточная площадь позволяла разбросать и в то же время связать в одно целое постройки дальнего и ближнего боя, затем броневые форты-батареи там (высоты С.-Блаз и Сомми), где местные условия не позволяли устроить “фесте”; затем на правом берегу снова “фесте”, но несколько иного характера с сильными броневыми батареями, связанными на юге с фортами


— 308 —

и опорными пунктами, сильно подготовленными для ближней борьбы; на востоке — частично такие же “фесте”, частично форты или просто выдвинутые вперед броневые батареи, обеспеченные от захвата системой траншей, окруженных вместе с батареями проволокой в одну общую группу. Затем, на северозападном фронте оригинальное применение к местности вольфсбергской позиции, горимонской позиции, использование амонвильерских каменоломен, сооружение расчлененного форта на высоте впереди Фев, наконец заполнение больших промежутков между левобережными “фестами” Вольфсберг — Кайзерин — Кронпринц рядом промежуточных укреплений, снабженных сильными органами фланкирования.

К началу мировой войны главная оборонительная линия Меца не имела еще законченного вида, особенно на северном фронте, где между “фесте” Лотарингия и последним построенным фортом Мей оставался совершенно свободный промежуток в 8 км длиной, так как “фесте” у Виллер-д'Орм была только намечена, проектированная “фесте” южнее Мальроа даже и не была намечена. Так же точно не были еще закончены работы на промежутках между “фесте” Кайзерин и Кронпринц на западном фронте крепости. Поэтому работы на этом последнем продолжались до апреля 1916г. и состояли в заполнении промежутков между “фестами” и вновь возведенными фортами сплошными полосами проволочных сетей, для самого тщательного фланкирования которых строились пулеметные промежуточные капониры и полукапониры. На северном фронте промежуток между строившимся фортом Фев и готовым фортом Мей, по общей линии Семекур — Ружи — Шайли — Антильи — Файли, был сплошь замкнут рядом окопов и полевых укреплений с проволочными сетями, причем промежутки между укреплениями были взяты под фланговый огонь из особо построенных бетонных пулеметных промежуточных капониров.

С 1 апреля 1916 г., когда в достаточной мере были обеспечены собственно крепостные позиции, большая часть наличного состава и необходимая материальная часть строительств были направлены на южный фронт крепости для организации передовой позиции, опирающейся правым флангом хребтом Арри в р. Мозель, а левым — в “фесте” Сорбей, и идущей по направлению Мариель — Поммерье — Верни — Шеризей — Боа Кама. Работы на этой позиции получили особое развитие после апреля 1916 г., когда вполне выяснилось, что надежды на одоление Вердена стали тщетными. Здесь была создана настоящая укрепленная


— 309 —

зона протяжением около 20 км и глубиной от 1,5 до 2-х км. Участок этой зоны длиной в 4 км от Ломмерье до Шеризей приведен на фиг. 144. На указанную глубину 4, а местами и 5 последовательными рядами, проходящими через важнейшие точки местности, расположены были в шахматном порядке бетонные постройки разной величины и назначения. Количество этих построек было так велико, что едва ли могло соответствовать тем наличным силам, которые предполагалось здесь расположить для обороны; очевидно большим количеством бетонных сооружений имели в виду замаскировать перед атакующим способ занятия местности войсками. Так, между Мариелем и Хот-Грев (на дороге из Меца в Страсбург) на протяжении 13 км французами было насчитано 800 бетонных построек, в большинстве своем законченных весной 1917 г. Прочие постройки достраивались до самого перемирия. Постройки имели плоское покрытие толщиной от 0,6 до 1,2 м с расчетом на сопротивление 15-см и 21-см снарядам. Часть построек была расположена

Фиг. 144. Южная передовая позиция крепости Мец Фиг. 144. Южная передовая позиция крепости Мец

— 310 —

по военным гребням, другая — на обратных склонах. Назначение построек было разнообразное: здесь были и убежища на 10—12 человек пехоты и убежища для укрытия прожекторов и орудий, имелись и наблюдательные посты, равно как в изобилии фланкирующие постройки для орудий и пулеметов, искусно перемешанные с прочими так, что их трудно было различить, в то же время они были так расположены, что могли действовать не только по промежуткам, но внутрь и даже в тыл всей зоны. Впереди хребта, на котором были расположены эти постройки, устроена была проволочная сеть в две полосы, отстоявших одна от другой на 15 м; полосы шли зигзагами, подводясь под фланковый огонь из некоторых пулеметных казематов. Все описанные сооружения предполагалось в последнюю минуту соединить окопами и ходами сообщения, которые были лишь слабо развиты.

Артиллерия была размещена в 1,5—2 км позади, на открытых установках, но с бетонными убежищами для прислуги и такими же пороховыми погребками. Наблюдательные пункты были устроены солидно и в большом количестве.

Противотанковые орудия помещались во время бездействия вместе с обслуживающими их номерами в бетонных убежищах, а в момент действия должны были выкатываться на барбеты. При этих орудиях также были устроены наблюдательные пункты. Вся укрепленная зона снабжалась водой при помощи нагнетательных насосов, приводившихся в действие машинами; насосы и цистерны с водой были расположены в местечках Шеризей и Куэн-сюр-Сейль. В большей части построек имелось электрическое освещение, для чего использовали дизели, взятые из “фесте” Лотарингии.

Впереди зоны была еще подготовлена прикрывающая зона или предполье, имевшее целью сколь возможно дольше задержать противника перед главной зоной; оно состояло из разбросанных на местности однорядных проволочных сетей из тонких металлических кольев, опутанных колючей проволокой, и многочисленных мелких убежищ, сделанных из листового железа или дерева и покрытых землей; по-видимому, эти убежища были предназначены для занятия их легкими пулеметами.


— 311 —

Вся сила описанной выше укрепленной зоны с маскирующим ее предпольем заключалась в многочисленности и разбросанности мелких бетонных построек, площадью примерно в 25 кв. м каждая. Совершенно справедливо указывалось одним французским писателем, что “нельзя даже себе представить, какое количество артиллерийских снарядов пришлось бы затратить на то, чтобы забросать и окончательно обезвредить такую зону”. К этому следует еще добавить, что внезапное для подходящего неприятеля появление целой сети окопов и ходов сообщения, развивающих по местности сильный ружейный огонь, также сыграло бы немаловажную роль в смысле затруднительности быстрого овладения такой зоной. Как увидим ниже, это новая, выявленная мировой войной и современными средствами поражения идея как называют ее французы, распыленной фортификации нашла себе современное практическое осуществление при организации Германией в мирное время обороны ее новой восточной границы.

В описанном виде бывшая германская крепость Мец воплощала собой высшую ступень развития крепостей XX века: ни в одном другом государстве такой крепости не было. Но Мец в мировую войну атаке не подвергся, и потому судить о том, в какой мере он выдержал бы боевой экзамен, можно только гипотетически. Французский инженер генерал Бенуа, назначенный после перехода Меца во французские руки начальником инженеров этой крепости и оценивающий, кстати сказать, стоимость ее долговременных сооружений к началу войны в 250 млн франков (около 93 млн руб. довоенного времени), говорит, что “если бы Мец был атакован с теми средствами артиллерии и наблюдения, какими французы располагали в 1914 г., то он оказал бы сопротивление по всему вероятию неодолимое, ибо французские 155-мм пушки и 220-мм мортиры по дальности своей могли быть установлены лишь в зоне дальности крепостной артиллерии и их разрушительная сила едва могла бы проявить себя и то на слабых и несущественных частях. Не то, конечно, было бы при наличии тех могущественных средств, которыми французы располагали в 1917 — 1918 гг.”. И здесь французский инженер приводит ряд слабых мест в фортификационных постройках Меца, благодаря которым эти постройки могли бы оказаться разрушенными (частично плохого качества бетон, недостаточные его толщи в некоторых подземных сооружениях, малая толщина брони в броневых установках и пр.). Однако


— 312 —

германские войска в 1917—1918 гг. были в достаточной мере обстрелянными и упругими в обороне, и одним разрушением фортификационных построек достигнуть быстрого овладения крепостью может быть и не удалось; об этом французский инженер умалчивает.

На своей бывшей восточной границе Германия за последние годы перед мировой войной также вела довольно крупные работы в крепостях, на что указывают размеры израсходованных на крепостное строительство сумм, причем особое внимание обращалось, по-видимому, на усиление крепостей: Торн, Кенигсберг, Познань и Грауденц. Для последних, например, двух крепостей в Инженерном комитете инспекции крепостей были даже составлены в начале 1913 г. новые проекты фортов, в которых проводились новые и оригинальные тенденции, клонящиеся, однако, к усилению способности этих сооружений вести ближнюю борьбу, особенно выявившуюся в Порт-Артуре; одновременно разброской отдельных элементов форта (эта разброска, как мы видели выше, ярко была выражена в проекте укрепления Фев в крепости Мец) на возможно большей площади имелось в виду затруднить неприятелю пристрелку по каждому из них в отдельности и по всем вместе сразу.

К пояснительной записке об устройстве этих новых фортов были приложены три типовых чертежа таких построек, поименованных прежним термином Sturmfreies-Infanteriestutzpunkt (безопасный от штурма пехотный опорный пункт), но по существу представляющих форты широкого расположения; этот термин был бы для них уместнее, тем более что и в записке все время говорится о широком расположении форта: “широкое расположение форта и большая потребность места являются выражением новейших принципов фортификации”; “...широко расположенные форты сравнительно легко, в зависимости от требований времени, могут быть применены к новым взглядам и перестроены”; “...широкое расположение форта облегчает принятие мер к тому, чтобы сопротивление форта не было окончательно сломлено, когда в него ворвется неприятель, и чтобы легче было вновь овладеть им”. И действительно, приданные форту размеры в плане — около 500 м по фронту и около 300 м в глубину вполне всему этому способствуют. Кроме трех типовых чертежей фортов к записке приложены два типовых чертежа обеспеченной от штурма броневой батареи на четыре 10,5 см гаубицы, а также два чертежа опорного пункта, обеспечивающего от захвата расположенный в горже промежуточный капонир, вооруженный четырьмя 7,7-см пушками или легкими полевыми гаубицами.

На фиг. 145 приведен образец наиболее мощного типа форта, с надлежащими пояснениями, характеризующими его устройство.


— 313 —
Фиг. 145. Один из вариантов германского типового форта широкого расположения 1913 г. Фиг. 145. Один из вариантов германского типового форта широкого расположения 1913 г.

— 314 —

Главнейшими его частями являются: 1) главная позиция абв в виде люнетообразной постройки; 2) внутренняя позиция гд в виде прямолинейного участка насыпи; 3) казарма К с примыкающими к ней: сбоку — промежуточным полукапониром Пр.К, а сзади — горжевым капониром; при этом казарма увенчана двумя броневыми башнями ББ с 10,5-см гаубицами, броневым наблюдательным постом НП и снабжена установками со средними минными аппаратами (весом в 17 кг), выкатываемыми для стрельбы на подвижной платформе МА, а также расширенной караульной башней РКБ для управления действием минных аппаратов и огнем промежуточного полукапонира; 4) наружный ров треугольной профили с солидным бетонным контрэскарпом; ров получает фронтальную оборону с бруствера главной позиции и фланковую — из двойного кофра Дв.к и одиночного — Ок.; 5) расположенные на флангах форта открытые установки для средних минных аппаратов М An, с бетонными убежищами; 6) передовой ров с проволочной сетью, охватывающий форт со всех сторон.

Этот новый тип форта, долженствовавший очевидно прийти на замену прежних “фесте”, следовательно являвший собой новую и последнюю фортификационную форму германского крепостного строительства перед мировой войной, несомненно, обладал своими характерными преимуществами, выражавшимися: 1) в наличии трехъярусной ружейной обороны: главная позиция, внутренняя позиция и позиция тыловая, над горжевой казармой; 2) в разбросанности различных органов обороны на большой площади и вследствие этого малой уязвимости их артиллерийским огнем противника; в частности горжевая казарма значительно удалена от боевой позиции и не может поэтому одновременно с ней подвергаться обстрелу; 3) в наличии трех линий преград (рвы и проволочные сети), находящихся под фланговым и фронтальным огнем; 4) в наличии сильных органов фланкирования промежутков (гаубичные башни и промежуточный полукапонир); 5) в наличии большого количества казематированных сообщений (галереи, потерны); 6) в наличии большого количества средств ближней борьбы: бронированные пулеметы и автоматические револьверы, установки для минометов, контрминные системы. Гарнизон такого форта исчислен всего в одну роту. Но столь мощное оборудование форта очевидно не могло не отразиться на его стоимости, выражающейся 8 млн марок довоенного времени (около 4 млн рублей).

Другие два типа фортов, приведенные в записке, разосланной генерал-инспектором крепостей управлениям последних, являются облегченными образцами: идея их та же, что и приведенного,


— 315 —

но количество составных их элементов и группировка несколько иные, что отражается и на стоимости, понижающейся до 6,85 млн марок и даже до 5 млн марок.

Что касается опорных пунктов, прикрывающих промежуточные капониры, расположенные в качестве самостоятельных построек, то стоимость таковых понижается до 1,25 млн марок и до 900 000 марок. Наконец обеспеченные от штурма броневые батареи исчислены в сумму от 2 до 3 млн марок.

Не останавливаясь затем на работах немцев за рассматриваемый период в их приморских крепостях (Вильгельмсгафене, Киле, Данциге и особенно на Гельголанде), где каких-либо выдающихся фортификационных форм кроме броневых батарей на 30,5-см орудия не встречаем, перейдем к краткому очерку состояния в Германии за этот период вопроса об атаке и обороне крепостей.

Надо заметить, что до русско-японской войны германская армия в области военно-инженерного искусства интересовалась только полевым военно-инженерным делом, да и то в применении его к маневренной войне. О войне позиционной тогда никто не помышлял, а крепостное дело вообще было уделом лишь сравнительно небольшого круга специалистов-инженеров и пионерных батальонов, причем этим делом руководила инспекция инженеров, пионер и крепостей. Армия вопросами крепостной войны не интересовалась, и крепостные маневры производились чрезвычайно редко. Характер действий при осаде и обороне крепостей регламентировался двумя инструкциями: “Belagerungsanleitung” (Наставление для осады) от 3 апреля 1902 г. и “Verteidigungsanleitung” (Наставление для обороны) от 29 апреля 1903 г., но обе инструкции считались секретными и ими пользовались только в крепостях, все же войсковые начальники и сами войска с этими инструкциями знакомы не были.

После русско-японской войны под влиянием Порт-Артура положение изменилось: крепости и связанная с ними крепостная война пробудили к себе в Германии больший интерес. В 1905 г. появился солидный труд, изданный Прусским большим генеральным штабом, под заглавием “Крепость в войнах Наполеона и в войнах новейшего времени” (см. русский перевод инженер-полковника Войновского-Кригера, 1907 г.). В предисловии указывалась цель труда: “При издании предлагаемого труда прусский генеральный штаб руководился сознанием, что крепости в настоящее время приковывают к себе все большее внимание широких кругов армии”. В самом труде, ставившем себе прямой задачей исследование влияние крепости на ход военных операций, указывалось, что в крепостной войне наибольшее значение имеет не сила верков, а огонь с них, непоколебимая


— 316 —

воля коменданта и дух гарнизона; что развитые маневренные крепости, отвечающие современным требованиям, несомненно, имеют большую цену; такие крепости должны представлять собой “подготовленное поле сражения”. Наряду с этим в общем заключении подчеркивалось, что “в крепостной войне не следует искать чего-либо своеобразного, так сказать, особой отрасли военного дела. Такое обособленное представление могло возникнуть только в период существования прежних маленьких крепостей; теперь же, когда сферы полевой и крепостной войны часто сливаются, когда действия против укрепленной позиции едва ли чем отличаются от действий на поле атаки против фортовой крепости, оно является безусловно ошибочным”. Но здесь же добавлялось, что “условия атаки и обороны в крепостной войне частью отличны от таковых же полевой, каждый отдельный случай требует здесь особого решения. Во всяком случае в крепостной войне всегда придется считаться со средствами техники. Высшие руководители и их органы должны быть вполне знакомы с крепостной войной во всем ее объеме, только тогда они могут из своих крепостей извлечь действительную пользу и только тогда они не будут в ужасе отступать перед неприятельскими крепостями, как перед чем-то непреодолимым”. Приемы овладения крепостями труд не разбирал: он лишь рекомендовал “уклоняться от продолжительных осад и... там, где этого требует ход войны, дерзко идти на крепости, стремясь использовать каждый благоприятный момент для возможного сокращения атаки”.

Но труд генерального штаба писался, когда еще не были известны все данные борьбы за Порт-Артур, где снова воскресла постепенная атака с превалирующим значением ближней борьбы. Это обстоятельство пришлось взвесить. И вот в 1907 г. с целью практической проработки вопроса атаки и обороны крепости в современных тому периоду времени условиях предпринимается крепостной маневр под крепостью Познань. В противоположность французам, обратившим на крепостном маневре 1906 г. под Лангром главное внимание на тыл осады, и англичанам, воспроизведшим в 1907 г. под Чатамом главным образом ближнюю атаку фортов, немцы под Познанью стремились передать все стороны крепостной войны в одном и том же масштабе, обратив особое внимание на технику управления войсками. Из этого маневра было сделано много полезных выводов, которые выявились в последовавших затем реорганизациях пионерных войск и введении в их снаряжение различных новых технических средств борьбы. В 1908 г. прусским большим генеральным штабом была произведена крепостная поездка в окрестностях Кенигсберга, а в 1909 г. производилась такая же поездка офицеров


— 317 —

генерального штаба в крепость Мец. Хотя обе поездки производились с целью выяснения условий атаки и обороны некоторых фронтов этих крепостей, но попутно на них решались и общие вопросы крепостной войны в новых условиях.

Выводы из всех этих крепостных маневров и поездок обсуждались особой комиссией, составленной в 1909 г. из различных представителей от генерального штаба, военного министерства, инспекции крепостей, пионерных войск, пехоты, артиллерии, кавалерии и пр. В этой комиссии принимал также большое участие тогдашний обер-квартирмейстер большого прусского генерального штаба, генерал Дейнес. Результатом работы этой комиссии было появление в свет в 1910 г. официального “Наставления для ведения борьбы за крепости” (“Anleitung fur den Kampf um Festungen”), изучение которого предписывалось отныне всему командному составу армии (“всем начальникам могут быть в военное время поставлены задачи, разрешение которых требует знания этого наставления", — говорилось в предисловии). В новом наставлении, впервые приподнимавшем завесу, за которой до сего времени скрывалось в Германии все крепостное дело, прежде всего проводилась “общность основных положений для ведения полевого боя и крепостной борьбы”, рассматривавшейся как известного рода эпизод, откуда и название — “борьба за крепости” (Kampf um Festungen) вместо прежнего термина “крепостная война” (Festungskrieg). Осторожные немцы однако подчеркивали в наставлении, что “крепостная борьба, начинаясь обыкновенно полевыми действиями, постепенно переходит в поддерживаемую сильнейшим артиллерийским огнем и всеми средствами техники борьбу за укрепления, причем борьба эта требует более основательной подготовки и сопряжена с большей потерей времени, чем действия в открытом поле”.

Не отрицая возможности применения в будущей войне всех существовавших до того времени способов овладения крепостями, но умалчивая почему-то о нечаянном нападении, которым они, между прочим, в мировую войну пытались овладеть бельгийской крепостью Льеж, немцы указывали в наставлении, в противоположность тому, что говорил раньше в своем труде их генеральный штаб (“дерзко идти на крепости”), что “против больших крепостей обыкновенно необходимо вести осаду”, добавляя, однако, что “слабые крепости могут быть, при обстоятельствах, взяты ускоренной атакой, средствами полевой армии или частями осадных формирований”. Такие “обстоятельства” сопутствовали немцам в мировую войну при взятии ряда бельгийских крепостей, французской крепости Мобеж и некоторых французских фортов-застав. Эти же “обстоятельства”


— 318 —

позволили немцам овладеть ускоренной атакой русской крепостью Новогеоргиевск, а крепостью Ковно — даже простым штурмом.

Далекие от того, чтобы шаблонизировать осаду крепости какой-либо “схемой”, немцы в наставлении такой схемы и не давали, ограничиваясь последовательным изложением в параграфах хода осады и обязанностей отдельных лиц и служб. Но в “Руководстве по фортификации для военных школ” издания 1911 г. в развитие и пояснение хода осады, излагаемого по новому наставлению, была приведена примерная схема атаки на современную крепость, и на этой схеме подробно были показаны работы обеих сторон на поле атаки протяжением около 11 км; при этом в состав главной крепостной позиции входили 4 главных укрепления или форта, 1 броневая группа (по типу “фесте”) и 6—7 пехотных опорных пунктов. На схеме можно было видеть и атрибуты прежней постепенной атаки в виде параллелей, зигзагообразных подступов и перекидных сап, но в более разреженном виде и с тщательным применением к местности.

Надлежит еще добавить, что официальное наставление, описывая общий характер действий сторон, доводило дело и до ближней борьбы, придавая ей выяснившееся опытом Порт-Артура значение с указанием некоторых общих ее приемов; детали, касающиеся преодоления разного рода преград и производства минных и подрывных работ, составляли по-прежнему принадлежность специальных наставлений, частью секретного характера, как, например, “Pionier Sturm — Anleitung fur Angriffre auf moderne Fortfestungen” (“Инструкция саперам для штурма современных фортовых крепостей”), частью официальных, как, например, вышедшее в 1911 г. “Sprengvorschrift” (“Наставление по подрывному делу”), где излагались подрывные и минные работы.

Франция шла в затылок Германии первой, но отнюдь не по масштабу крепостного строительства, который в России был, несомненно, крупнее, а по планомерности и целесообразности намеченных работ. После русско-японской войны во Франции неуклонно продолжались работы в крепостях, начатые в 1900 г. по широкой программе, составленной главной крепостной комиссией, основанной в 1899 г. Наибольшее внимание французского командования было устремлено на совершенствование двух важнейших укрепленных районов: Верден — Туль и Эпиналь — Бельфор, особенно первого. Район этот состоял из двух фланговых опорных крепостей Вердена и Туля и связывавших их в огневом отношении фортов-застав: Женикура, Тройона, де-Парош, Кам-де-Ромен, Лиувиля, Жиронвиля и Жуй. Обе опорные крепости неустанно развивались в течение 12 лет, предшествовавших


— 319 —

мировой войне, и, несомненно, представляли собой лучшие образцы французских сухопутных крепостей.

Приведем здесь описание крепости Верден.

+ увеличить картинку + Фиг. 146. Крепость Верден в 1914 г. Фиг. 146. Крепость Верден в 1914 г.

Верден, расположенный против германского Мозельского укрепленного района, имел первенствующее значение. Незначительное удаление его восточных укреплений от границы (30 км) требовало, чтобы он представлял собой сильную точку опоры для прикрывающих войск. Как опорная точка левого французского крыла Верден должен был оказывать сильное влияние на крупные операции противника, предпринимаемые им в направлении на север. Наконец как позиция-застава Верден должен был преграждать прямую линию Мец — Шалон даже после сдачи крепости эта линия не должна была быть свободной, считаясь с разрушением Таваннского туннеля (длиной свыше 1 км) и Маасских мостов: в течение промежутка времени, необходимого на восстановление этих сооружений, противник располагал бы только Арденнской линией Лнгюйон — Момеди — Мезьер, чем подчеркивалась вся важность этой линии.


— 320 —

Еще после войны 1870—1871 гг. по проекту генерала де Ривьера Верден, бывший фортовой крепостью, имелось в виду расширить по крайней мере к северу и к западу, где главная оборонительная линия должна была последовательно проходить через высоты Дуомона-Фруадтерр Буа-Буррю и Сиври-ля-Перш, но уже во время выполнения программы вследствие уменьшения кредитов и сокращения величины предусмотренного гарнизона оборонительную линию крепости сократили, не дойдя до Сиври-ля-Перш. Потом эту линию расширили, но после 1885 г. остов крепости по обводу был почти тот же, что и к началу мировой войны. В последующем только переделывались и совершенствовались отдельные укрепления.

В 1914г. крепость Верден включала следующие сооружения (фиг. 146):

1) Центральную крепостную ограду, построенную еще в 1670 г. Вобаном, с цитаделью, построенной еще раньше (в 1625 г.) Эрар-де-Бар-ле-Дюком. Ограда осталась в прежнем своем состоянии, будучи временами лишь ремонтирована. Цитадель же, представлявшая собой бастионное укрепление, расположенное на скалистом холме, окруженном с одной стороны обрывом, с другой — глубоким рвом, обстреливаемым с гребня холма, оставалась нетронутой до 1887 г., когда под ней была выделана тоннельным способом целая система больших и малых подземных галерей, вмещавших склады пороха и снарядов, хлебопекарню, мельницу, центральный телеграф, элеваторные машины для снабжения города и фортов водой, обширные магазины и жилые помещения примерно на 2000 человек. Общее протяжение галерей составляло 4 км. Толщей земли и твердой скалы над ними почти в 16 м они были обеспечены от самых крупных (в мировую войну — от германских 42-см) снарядов. С надземной частью они соединялись двумя лестницами. Эта подземная цитадель как вполне надежное убежище, особенно для боевых припасов, сыграла крупную роль во время осады Вердена немцами в мировую войну.

2) Внутренний фортовый пояс, находившийся в расстоянии от 2,5 до 6,5 км от ядра. Его образовали форты: Бельвиль, Сен-Мишель, Сувиль, Таванн, Бельрюпп, Регре, де-ля-Шом, построенные с 1874 по 1880 гг.

3) Наружный фортовый пояс, находившийся от ядра в расстоянии 5—8 км. Он состоял из построенных около 1880 г. и позже фортов Дуомон, Во, Муленвиль, Розелье, Годенвиль, Дюньи, Ландрекур, Сартель, Буа-Бур-рю, Марр, поста Бель-Эпин и укр. Шарни. С 1888 г. форты правого берега Мааса были бетонированы, а с 1892 по 1897 гг. были также бетонированы и форты левого берега; кроме того за это время был построен ряд


— 321 —

промежуточных укреплений: Фруад-терр, Тиомон, Ля-Лофэ, Дерамэ, Симфорьен, Буа-де-Тьервиль, Буа-де-Шапитр, Балейкур, Фромервиль, Жермонвиль, де-Брюйер. С 1902 г. по 1914 г. на фортах устраивались отдельные железобетонные постройки и этим же материалом усиливались старые постройки, устанавливались броневые башни с 75-мм противоштурмовыми пушками и пулеметами, а также броневые наблюдательные посты и броневые будки для часовых. За этот же период времени на наружном фортовом поясе появился еще ряд промежуточных укреплений: Манезель, Брандье, Шатильон, Жольни, Ля-Фалюз, а также передовых — у Безонво и Ардомона. Наконец в 1910г. приступлено было к постройке нового форта на северном фронте крепости — форта Вашеровиль, который был окончен только в сентябре 1914г.

К началу войны наружный фортовый пояс был оборудован весьма совершенными, хотя, может быть, и не идеальными в смысле соответствия той артиллерии, с которой пришлось столкнуться, фортами и промежуточными укреплениями. К этому надо добавить, что и сами промежутки между фортами были подготовлены к обороне заблаговременно: здесь в разное время было построено до 130 открытых долговременных батарей, весьма удачно примененных к местности, хорошо маскированных и снабженных погребками для боеприпасов и убежищами для прислуги; однако только 12 батарей имели бетонные помещения, у прочих они оставались кирпичными. В 1913 г. приступлено было к постройке броневой батареи вправо от форта Дуомон, но поставили только одну башню, которую в военное время вооружили пулеметами. Для пехоты на промежутках было построено 16 бетонных или высеченных в скале убежищ, каждое на 1 роту, и 18 таких же убежищ, каждое на полуроту. Кроме того имелось 8 больших тоннельных запасных пороховых погребов и несколько таких же промежуточных погребков, куда боевые припасы подавались при помощи 60-см узкоколейки, представлявшей в общем весьма совершенную сеть. Обвод крепости по внешней линии достигал 45 км. Форты приходились на расстоянии 1,5—2,5 км друг от друга, за исключением фортов Шарни и Фруад-терр, прибрежных к Маасу, удаленных на 3,5 км.

Броневые закрытия нашли себе в Вердене весьма широкое применение; в общем в крепости имелось 6 броневых скрывающихся башен для 155-мм пушек дальнего боя, 14 таких же башен для 75-мм противоштурмовых пушек, 20 башен пулеметных, 45 броневых наблюдательных постов. Для обороны промежутков кроме башен имелось 23 каземата Буржа (промежуточные полукапониры), вооруженных 75-мм пушками.


— 322 —

Сооружение фортов Вердена, включая и бронирование, по данным, французского инженера генерала Бенуа, обошлось за период с 1874 по 1914 гг. в 78 млн франков, не считая стоимости огнеприпасов и артиллерийского вооружения, а включая их — 127 млн франков. Если к этому добавить еще стоимость старой ограды и цитадели по ценам 1914 г., то общий итог стоимости Вердена определяется в 165 — 170 млн франков.

Наиболее сильным сектором крепости был северо-восточный, который как раз в мировую войну и подвергся атаке. Там на протяжении около 3 км проходил хребет возвышенности, имевший наименьшую ширину в 100 м и носивший название гряды Фруад-терр (холодная земля). Эта гряда вся фланкировалась с противоположного берега Мааса и бралась под огонь с тыла. Правофланговым устоем гряды служил один из сильнейших фортов крепости — Дуомон, а укрепление Фруадтерр составляло левофланговый устой. Почти посередине между ними было расположено промежуточное укрепление Тиомон, а между этими тремя главными опорными точками гряды был расположен ряд траншей, батарей и убежищ с проложенной позади 60-см узкоколейкой.

Верден в мировую воину был единственной крепостью, державшейся до конца войны. Начальник инженеров этой крепости генерал Бенуа свидетельствует, что “форты сыграли особенно важную роль в обороне крепости”; начальник инженеров 2-й французской армии генерал Декурсис, также находившийся в крепости во время ее обороны, подтверждает это словами: “Под Верденом управляемые энергичными и проницательными комендантами форты, защищаемые храбрыми и решительными гарнизонами, играли одну из наиболее полезных и важных ролей в операциях. Таким образам, наши долговременные форты, оспаривавшиеся в мирное время, осужденные в начале войны, явно оправдали свою ценность во время самой ожесточенной атаки, которую не видала еще ни одна война”.

Другой первоклассной крепостью, являвшейся южным опорным пунктом оборонительной завесы на маасских высотах, была Туль. Она преграждала железную дорогу Страсбург — Париж, канал от Марны до Рейна и дорогу Нанси — Париж. В состав


— 323 —

крепости входили: старинная ограда бастионного начертания, несколько укреплений внутреннего пояса и наружный пояс укреплений в расстоянии от ограды около 5—7 км, при общем обводе около 42 км и поперечнике около 14 км. По общему устройству своему Туль был схож с Верденом, почему мы и опускаем здесь подробное рассмотрение этой крепости. Укажем лишь, что французы, желая придать крепости Туль большее оперативное значение и расширить сферу ее влияния на окружающую местность в восточном направлении, образовали своего рода укрепленный район протяжением около 25 км, включив в него крайние восточные форты крепости, приспособленный заблаговременно к обороне лес Хай, форт-заставу Пон-Сен-Винсен и позицию-заставу у Фруарда. С севера и с юга этот район окаймлялся рукавами мозельского кольца. Кроме того, придавая особое значение для маневрирования армии городу Нанси, французы с 1913 г. приступили к созданию здесь целой оборонительной системы полудолговременного характера, получившей название du Grand Couronne (Большой кронверк). Работы здесь велись в период мобилизации в 1914 г., но полностью закончены не были.

Фиг. 147. Французский типовой форт 1902 г. Фиг. 147. Французский типовой форт 1902 г.

Перейдем теперь к краткому рассмотрению устройства элементов французских крепостей за рассматриваемый нами период времени.


— 324 —

В соответствии с программой 1900 г., разработанной главной крепостной комиссией, техническим инженерным комитетом был выработан и рекомендован инструкцией 1902 г. тип нового форта, схема которого приведена на фиг. 147. Этот тип, в сущности говоря, очень схож с типом русского форта по проекту профессора Величко в 1909 г., о котором речь ниже, но в нем есть и свои особенности, заключающиеся в следующем: 1) в наличии значительно большего, чем в русском форте, количества разного рода броневых закрытий и 2) в своеобразном методе фланкирования промежутков.

Во Франции еще в 1880 г. инженер Лоран пропагандировал идею закрытого фланкирования промежутков между фортами из особых казематов, расположенных в горже каждого форта, но практически эту идею не осуществили сразу, и только 11 лет спустя инструкция, изданная военным министерством 17 августа 1899 г., рекомендовала применять на фланках форта тип каземата на два 95-мм орудия на береговых лафетах. Несколько таких казематов было построено, но затем признали более целесообразным 95-мм орудие заменить 75-мм скорострельной пушкой; для нее спроектировали новый тип каземата, который в 1900 и 1901 гг. был испытан на опытном полигоне г. Буржа стрельбой как из него, так и по нему. Опыты дали благоприятные результаты, и тогда такой каземат уступчатой формы (по существу промежуточный полукапонир) был назван казематом Буржа и рекомендован для постройки в крепостях инструкцией военного министерства от 18 октября 1902 г. Позже в этой постройке сделаны были различные мелкие усовершенствования, которые указывались рядом инструкций, выходивших последовательно в 1905, 1908 и наконец в 1911 г. В окончательно выработанном образце каземат Буржа состоял из двух орудийных казематов, вооруженных каждый 75-мм скорострельной пушкой, и артиллерийского наблюдательного пункта; эти три помещения расположены уступами один относительно другого и имеют один выход внутрь форта или казематированное сообщение с казармой. В боковых стенах орудийных казематов устроены ниши, а сами казематы надлежаще оборудованы искусственной вентиляцией. Если артиллерийский наблюдательный пункт в виде каземата с наблюдательной щелью не имел надлежащего обзора, то над казематом устраивался броневой наблюдательный пост в виде колпака из литой стали, прочно заделанного своими нижними загибами в железобетонные стенки каземата. Такие казематы Буржа (casemates de Bourge) с 1902 г. были построены почти во всех фортах французских крепостей. Обычное расположение таких казематов не вплотную к казарме, а у горжевого угла форта (см. фиг. 147, КБ) или несколько дальше


— 325 —

впереди почти посередине бокового фаса. Иногда такие казематы располагались совсем отдельно от форта и в его тылу.

Расположение казематов Буржа на обоих боковых фасах форта считалось французами нормальным; однако, когда по местным условиям эта постройка не могла иметь надлежащего обстрела и амбразуры ее не могли быть хорошо укрыты с поля, для фланкирования промежутка в этом направлении прибегали к броневой башне с 75-мм пушкой, как показано на левой половине фиг. 147 (башня Б). Надо, впрочем, заметить, что фактически почти во всех французских крепостях форты имели два различных органа фланкирования: с одной стороны — казематы Буржа, с другой — башня с 75-мм пушкой, так что и каждый промежуток между двумя фортами фланкировался с одной стороны орудиями казематов Буржа, а с другой — орудием башни. Башня имеет тот недостаток, что она вдвое дороже казематов и кроме того имеет двоякое назначение: фланкирование промежутка и самооборону, а это ведет к раздваиванию целей; наконец скорость стрельбы из башни в два раза меньше, чем из казематов.

Оба фланкирующих органа форта соединяются потернами П с центральной казармой К. Под напольным бруствером форта — посередине и в исходящих углах расположены бетонные убежища, увенчанные броневыми пулеметными башнями б и броневым наблюдательным постом БП. Такие же наблюдательные посты (из литой стали в виде колокола с толщиной стенок в наиболее опасных местах в 25 см) расположены при органах фланкирования промежутков. Кроме того в различных частях форта на фланках и в горже на бруствере расположены броневые будки для часовых (Guerite observatoire) в виде стального колпака со стенками толщиной около 5 см, способного сопротивляться лишь осколкам снарядов и пулям. Такие же будки располагаются на гласисе, оканчивающемся треугольным рвом с проволочной сетью на металлических кольях шириной до 30 м. Главную преграду представляет ров глубиной в 6 м и такой же ширины, усиленный эскарповой железной решеткой на бетонном основании и бетонным контрэскарпом, также увенчанным железной решеткой и имеющим галерею, связывающую двойной и одиночный кофры, фланкирующие напольный и боковой рвы; горжевой ров получает фланковую оборону из горжевого капонира, примыкающего к казарме. Подбрустверные убежища также связаны между собой галереей. Для усиления контрэскарпа позади него сделана наброска из камней.

Все казематированные постройки описанного форта предположены бетонные, с такими же или железобетонными покрытиями, выработанными на основании опытов в Вердене


— 326 —

(1895—1897 гг.) и в Бурже (1901 — 1904 гг.), а именно: бетонные своды толщиной от 2 до 2,5 м (в зависимости от пролета) и железобетонные также в зависимости от пролета толщиной в 1,2 до 1,8 м. Для небольших построек, таких, как убежища, наблюдательные посты, потерны, кофры применяются плоские покрытия в виде железобетонных плит толщиной в 1,5 м. Кроме фортов во французских крепостях по-прежнему находили себе применение в рассматриваемый нами период времени промежуточные укрепления (ouvrages intermediaires). По существу они остались такими же, как были в 90-х годах XIX столетия, но с 1902 г. и в них было сделано серьезное усовершенствование в виде снабжения их органами фланкирования промежутков и броневыми закрытиями. На фиг. 148 приведен образец промежуточного укрепления, почти являющийся копией укр. Тиомон в Вердене. Укрепление имеет в плане овальную форму и ту же треугольную профиль, что и раньше. В горже укрепления бетонная казарма К на полуроту, соединенная потерной с пулеметной броневой башней ПБ, расположенной посередине напольного бруствера, над небольшим бетонным убежищем. На боковых фасах располагаются органы фланкирования промежутков в виде: с одной стороны — казематов Буржас, а с другой — броневой башни б с 75-мм пушкой, при которой расположен также броневой наблюдательный пост НП. Вход в укрепление прикрывается железными решетчатыми воротами в

Фиг. 148. Промежуточное укрепление Тиомон (Верден, 1902 г.) Фиг. 148. Промежуточное укрепление Тиомон (Верден, 1902 г.)

— 327 —

и обстреливается из казармы; к последней иногда пристраивается караулка, фланкирующая доступ к казарме. На напольном и горжевом участках бруствера устанавливаются от места до места броневые будки для часовых ч.

Устраивавшиеся также на промежутках между фортами и укреплениями пехотные убежища и открытые батареи не отличались по существу от тех, которые строились в 90-х годах XIX столетия и были описаны в своем месте; в них лишь были сделаны некоторые усовершенствования в деталях.

Надо здесь однако заметить, что с 1900 г. ни в одной из французских крепостей не было построено заново фортов согласно приведенному выше (фиг. 147) типу, исключая форт Вашеровиль в Вердене, едва законченный в 1914 г. Но зато большинство фортов по крайней мере в главных крепостях были перестроены в духе типового образца. Что касается промежуточных укреплений, то таковых в XX столетии было построено несколько: например, в Вердене одним из новейших промежуточных укреплений было укрепление де ля Фалюз на южном секторе. Оно было прекрасно применено к местности и имело казематы с железобетонными покрытиями; такие же казематы были и на форту Вашеровиль.

+ увеличить картинку + Фиг. 149. Форт Дуомон (Верден) Фиг. 149. Форт Дуомон (Верден)

В виде примера существовавших во французских крепостях фортов, перестроенных к началу мировой войны, можно привести верденский форт Дуомон, который подвергся сильнейшим бомбардировкам и все-таки до конца служил еще пригодным для обороны опорным пунктом.


— 328 —

Форт Дуомон (фиг. 149) был самый обширный из всех фортов Вердена, занимая площадь в длину около 400 м, а в глубину — около 300 м. Он был начат постройкой в 1885 г., и потому его казематированные постройки были первоначально сооружены из местного известнякового камня. С 1887 г. эти казематы были бетонированы по общепринятому во Франции способу, т. е. каменные стены и покрытия окружались бетоном с прослойкой песка. Обычно стены и своды имели 1 м камня, 1 м песка и от 1,5 до 2,5 м бетона. На форту Дуомон покрытие центральной казармы было обеспечено бетонным тюфяком неодинаковой толщины, а именно: западная часть казармы имела тюфяк толщиной в 2,5 м, а восточная — в 1,5 м. Казарма была двухэтажная. В юго-западном углу форта находился каземат Буржа, с плоским железобетонным покрытием толщиной в 1,75 м. Из казармы одна потерна вела в северо-западный одиночный кофр, представлявший собой бетонную постройку с железобетонным плоским покрытием такой же толщины, как и над казематом Буржа. У восточной оконечности казармы другая потерна отходила в северо-восточном направлении и вела в северо-восточный одиночный кофр — такой же, как северо-западный. Под напольным валом форта было размещено 5 убежищ, причем из серединного вела потерна в северный двойной кофр.

С 1901 г. и до начала мировой войны форт все время совершенствовался: вначале устроили описанный выше каземат Буржа, который должен был фланкировать промежуток между фортом Дуомон и соседним к западу промежуточным укреплением Тиомон, также имевшим свой каземат Буржа, дававший огонь в направлении перед фортом Дуомон; затем постепенно на форту устроили: на напольном валу — броневую башню с 75-мм пушкой для самообороны форта и фланкирования доступов к соседнему (в юго-восточном направлении) форту Во; на боковых валах, в плечных углах, — по одной пулеметной башне; при каждой из трех упомянутых башен, а также у крайнего восточного подбрустверного убежища было установлено по одному броневому наблюдательному посту. Наконец, около 1908 г. у юго-восточного горжевого угла форта была поставлена вращающаяся броневая башня с 155-мм укороченной пушкой диаметром в 3,8 м и со стальным куполом толщиной в 30 см. Ее окружал железобетонный колодец. Эта башня имела назначением обстреливать дальние пути подхода противника в северном и северо-восточном направлениях. Она не являлась непосредственным элементом форта и была на нем поставлена только потому, что на форту было много свободного места; в то же время она была здесь обеспечена преградами самого форта. Таковыми являлся окружающий форт глубокий


— 329 —

ров с земляным эскарпом на напольных и боковых фасах и железной решеткой на бетонном основании у его подошвы; затем контрэскарп из песчанистого камня, увенчанный железной решеткой; наконец, проволочная сеть шириной в 30 м, покрывавшая поверхность гласиса. Напольные и боковые участки рва фланкировались из упомянутых выше кофров, а горжевой — из фланкирующих казематов горжевого блокгауза, соединявшегося двумя потернами с внутренним двориком форта. При броневой башне с 155-мм пушкой был расположен также броневой наблюдательный пост.

Стоимость форта Дуомон определена французским инженером Бенуа в 6 млн франков (около 2 1/4 млн довоенных рублей). Во время обороны Вердена форт подвергался многочисленным бомбардировкам, притом как со стороны немцев (с начала войны и до 25 февраля 1916 г., когда они им овладели, и потом с конца октября 1916 г. до ноября 1917 г., когда форт был снова в руках французов, а немцы находились от него в таком удалении, что могли вести бомбардировку самыми дальнобойными орудиями), так и со стороны французов (с 26 февраля 1916 г. и до 24 октября 1916 г., когда форт был в руках немцев). По исчислению того же инженера Бенуа, за время бомбардирования форта с 8 октября 1914 г. до ноября 1917 г., он получил минимум 120000 попаданий, из коих по крайней мере 2000 снарядами калибром в 28 см, 30,5 см, 38 см и 42 см. Невзирая на сильные повреждения наружных частей форта, последний все-таки считался обороноспособным опорным и хорошим наблюдательным пунктом. Стоимость бомбардировки форта, по исчислению инженера Бенуа, в 20 раз превзошла стоимость самого форта, а потому форт себя оправдал.

Наряду с совершенствованием главных крепостей в ближайшие перед мировой войной годы во Франции, как и в Германии, тщательно был проработан вопрос об осаде и обороне крепостей по опыту Порт-Артура.

Вопрос этот официально был регламентирован “Общей инструкцией по осадной войне” от 30 июля 1909 г., которая, основываясь на выводах из осады Порт-Артура, приписывала ближней борьбе гораздо большее значение в сравнении с дальней борьбой, чем это было раньше. По этой инструкции против вполне совершенной крепости рекомендовалось вести правильную


— 330 —

атаку, но указывалось также, что в известных случаях ее необходимо ускорять, и таким образом при благоприятных обстоятельствах естественный ход операций мог прерываться атакой открытой силой, внезапным нападением или бомбардированием.

В разделе об обороне крепости был также уточнен вопрос об организации на главной крепостной позиции укрепленных групп, называющихся во Франции центрами сопротивления. Первое упоминание этого термина находим вскоре после того, как немцы стали строить “фесте” в крепости Мец, а именно в выпущенной в 1899 г. французским военным министерством “Общей инструкции по осадной войне”.

Несколько лет спустя французские академические курсы, формулируя идею центра сопротивления, иллюстрировали ее чертежом. Устройство центра сопротивления описывалось во французских руководствах так: “Не всегда оборона важных точек местности на главной крепостной позиции может быть обеспечена одним укреплением: значительное протяжение занимаемой возвышенности, недостаточный обзор и обстрел с одного укрепления ближайших к нему подступов, наконец невозможность исчерпывающего выполнения органами фланкирования, находящимися на самом укреплении, их роли, заставляют иногда дополнять укрепление специальными траншеями, иногда располагать несколько укреплений группированно или же группировать около форта, позади него, батареи, а по сторонам разбрасывать траншеи и опорные пункты и различного рода охранительные постройки (казармы, убежища и пр.). Если все эти отдельные элементы окружить со всех сторон препятствиями и рассматривать их как нечто самостоятельно целое в оборонительном отношении, то это и будет то, что составляет центр сопротивления. Иллюстрацией к такому описанию французские руководства, начиная с 1908 г., приводят чертеж центра сопротивления, изображенный на фиг. 150. Здесь 1 — форт, удаленный от соседних с ним фортов слева на 2 км, справа — на 3 км; 2 — броневая батарея на 2 орудия с броневым наблюдательным постом; 3 — открытая батарея; 4 — открытая маскированная батарея; 5 — броневой наблюдательный пост и броневая установка для прожектора; 6 — бетонное пехотное убежище: 7 — построенное тоннельным способом промежуточное артиллерийское депо с броневым наблюдательным постом наверху. Вся эта совокупность построек окружена пехотной позицией с убежищами и наблюдательными постами и проволочной сетью впереди. Внутри всей группы проложены шоссе и узкоколейная железная дорога, связывающие все органы группы и отходящие в тыл к центральной ограде.


— 331 —

Из приведенного выше описания и только что рассмотренного чертежа центра сопротивления видно, что последний очень напоминает германские “фесте”. Однако французы подчеркивают, что их центр сопротивления надо рассматривать как результат расширения сферы влияния на окружающую местность одиночного форта, исходя из идеи усиления ближней обороны, получившей большое значение по опыту Порту-Артура. Наоборот, германская “фесте” в период ее первоначального фактического выполнения (1899 г.) преследовала главным образом развитие дальней обороны, почему постройка первых “фесте” в Меце почти всегда начиналась с броневых батарей.

+ увеличить картинку + Фиг. 150. «Фесте» де Люсей (крепость Туль) Фиг. 150. «Фесте» де Люсей (крепость Туль)

Ко всему сказанному надо добавить, что в приведенном образце французского центра сопротивления форт является как бы внутренним редюитом, но по указанию учебников это не является общим правилом, а только частным случаем, и потому вполне допустима для центра сопротивления и такая же организация, как в германских “фесте”, т. е. форт включен в число органов самой наружной оборонительной ограды, т. е. пехотной позиции; это будет, например, в том случае, когда форт расположен на гребне с хорошим обстрелом.

К фактическому осуществлению центров сопротивления в своих крепостях французы стали переходить только с 1909 г., причем они обращали в такие центры уже существовавшие постройки на фортовом поясе, группируя их в одно самостоятельное целое так, как это рекомендовала инструкция по осадной войне от 30 июля 1909 г. Таким способом, например, образовалась


— 332 —

“фесте” де Люсей (Feste de Lucey) в крепости Туль, которая все же была еще далека от теоретической схемы фиг. 150. Таким же порядком намечался другой центр сопротивления в крепости Бельфор “фесте” де Ропп (Feste de Roppe), который, однако, если и был осуществлен, то только во время войны таким же порядком, как были организованы центры сопротивления около всех фортов и промежуточных укреплений в крепостях Мобеж, Верден и др. Но во всех этих центрах отсутствовал один из важнейших их элементов — это броневые батареи, которые были заменены открытыми.

Из прочих иностранных государств, в которых развивалось крепостное дело после русско-японской войны, давшее свои результаты в мировую войну, следует привести Бельгию и Австрию.

Бельгия за рассматриваемый период совершенствовала свой главный оплот и центральный редюит страны — крепость Антверпен, которая по своим наружным размерам была самой большой крепостью в мире, но далеко не была лучшей как по общему устройству, так и по деталям своих элементов. В главе XXVI было приведено описание крепости и ее фортов к началу XX столетия, причем там же было указано начало организации нового обвода крепости постройкой форта Уэлем (фиг. 127). Одновременно почти с этим фортом (фиг. 151) возводился и форт Льер. Оба форта являлись тет-де-понами на р. Нэт. Следом за ними с 1882 по 1890г. был возведен форт Рюппельмонд на р. Рюппель, затем — на северо-восточном секторе форт Шоотен (с 1888 по 1893 гг.) и редут Капеллен (с 1893 по 1897 г.). Все эти форты строились по проектам генерала Бриальмона.

В самом начале XX столетия вследствие значительно разросшейся деятельности Антверпена как мирового коммерческого порта возник вопрос об освобождении его и города от тесной центральной ограды.

Правительство пошло навстречу этому требованию, и в 1901 г. была собрана особая комиссия для рассмотрения трех предложенных проектов расширения. Одним из проектов являлся новый проект генерала Бриальмона, но последний в это время был уже в отставке, взгляды его считались устарелыми и проект его принят не был. Предпочтение было отдано проекту тогдашнего начальника инженеров и крепостей генерала Лиенара, который, однако, сразу утвержден не был и только к 1907 г. был переработан новым начальником инженеров и крепостей генералом Доктером и в таком переработанном виде был утвержден. Для выполнения его требовалась изрядная сумма в 46 640 000 франков, которую сразу ассигновать не смогли, и потому осуществление проекта растянулось на целые 7 лет, за


— 333 —

которые все-таки многого сделать не успели, так что к августу 1914 г., т. е. к началу мировой войны, крепость оказалась недостроенной, технически несовершенной и недостаточно снабженной артиллерией и боевыми припасами.

Фиг. 151. Крепость Антверпен к 1914 г. Фиг. 151. Крепость Антверпен к 1914 г.

Главная крепостная позиция (фиг. 151) была удалена от городских окраин: на 9 км на северо-востоке и до 16 км — на юге. Она имела общее протяжение в 95 км и заключала 17 фортов и 15 промежуточных укреплений, носивших название редуты; последние обычно распределялись по одному на промежуток между двумя фортами, с таким расчетом, что между двумя укреплениями (фортом и редутом или между двумя редутами) получался промежуток протяжением не свыше 3 км. Только на двух промежутках, а именно между фортами Кенингсхойт и Вавр-Сен-Катрин и между фортами Рюппельмонд и Хесдонек


— 334 —

имелось по 2 промежуточных редута. Наоборот, между фортами Брехем и Кессель, Кессель и Льер, а также Уэлем и Бреендонек не имелось ни одного промежуточного редута, так как промежутки между поименованными фортами были хорошо прикрыты наводнениями pp. Шельды, Рюппеля, Нэты и их притоков. Промежуточным редутом между фортами Вавр-Сен-Катрин и Уэлем был железнодорожный редут, поданный примерно на 2,5 км назад от общей линии и расположенный у самой железной дороги Брюссель — Малин — Антверпен. Почти все форты, не исключая Вавр-Сен-Катрин и Стабрек, которые были начаты постройкой еще в 1902 г., были не закончены: не имели установленных броневых башен или для последних не были готовы бетонные колодцы, и по установке в мобилизационный период башен передовая броня снаружи обсыпалась камнем или земляными мешками, политыми цементным раствором; не были установлены прожекторы, не имелось электрического освещения казематов; последние не были оборудованы вентиляцией, не было телефонной связи и пр. Кроме того на многих фортах недоставало полного вооружения их артиллерией и снабжения ее боевыми комплектами. Редуты также были в большинстве не закончены и не имели долговременных преград, а окружались только проволочными сетями и фугасами. Устройство фортов и редутов пояснено ниже конкретными примерами. Никаких долговременных построек на промежутках между фортами и редутами не имелось: только в мобилизационный период здесь были возведены окопы с очень слабыми деревянными убежищами, которые не могли быть надлежащим образом углублены в землю благодаря высокому уровню грунтовых вод; устраивать же солидные покрытия из железа и бетона сначала не могли, а делать большие земляные обсыпки избегали, чтобы не демаскировать промежуточные между фортами позиции.

Вторую линию обороны крепости образовала так называемая охранительная ограда. По утвержденному в августе 1907 г. проекту ее должна была образовать линия старых фортов, причем на северном и северо-восточном фронтах, от р. Шельды до форта № 1, должен был быть насыпан непрерывный вал с двойным рвом впереди, наполненным водой, но эта работа едва была начата в 1914 г.; главную преграду здесь образовал участок Турнхудского канала. На юго-восточном и южном фронтах, от форта № 2 включительно до верхнего течения р. Шельды, предусматривалась постройка редутов, удаленных друг от друга на 500 м, и перестройка старых фортов в пехотные укрепления (кроме упраздненного форта № 8). Между всеми опорными пунктами (переделанными фортами и редутами) имелось в виду расположить оборонительную железную решетку, доступы к которой


— 335 —

должны были фланкироваться скорострельными орудиями, поставленными в укреплениях. Фактически форты переделкой закончены не были, редуты возвели, но земляные, без долговременных преград, причем их было построено по два между старыми фортами и пять штук от форта № 7, впереди форта № 8, до верхнего течения р. Шельды. Решетка к августу 1914 г. еще не была закончена.

Третью линию обороны составляла старая ограда 1859 г. протяжением в 11 км.

На крепость возлагалась исключительно пассивная оборона, соответствовавшая задаче — служить последним редюитом для укрывшейся в ней армии. Этой пассивности обороны содействовали и местные условия: изобилие рек и каналов (особенно на южном фронте) позволяло в широких размерах использовать их для наводнений, что и было фактически выполнено бельгийцами при осаде крепости в сентябре-октябре 1914 г. немцами. Одновременно с этими чисто пассивными средствами обороны бельгийцы применяли и активные действия в виде сильных вылазок, направлявшихся в тыл германским армиям, которые в то время сосредоточивались на Марне. Эти активные действия и принудили немцев предпринять осаду крепости, отвлекшую известную часть их сил, и уже тем самым крепость выполнила до известной степени свою роль, но превосходство осадных средств над средствами обороны (слабость крепостных верков против новой мощной артиллерии и моральная устойчивость крепостных войск, защищавших непосредственно укрепления) не позволило крепости вести столь длительную оборону, на какую могло рассчитывать бельгийское командование в мирное время.

Остановим теперь несколько наше внимание на устройстве антверпенских новейших укреплений, являющихся характеристикой бельгийского крепостного строительства за рассматриваемый нами период времени.

Как уже было указано выше, новый проект расширения Антверпена не принадлежал инженеру Бриальмону, отошедшему от дел; однако его школа была еще жива и его последователи в своих проектах не могли отрешиться от идей своего учителя, поэтому и новые форты Антверпена, проекты которых начали составляться в 1901 г., носили безусловный отпечаток идей творца броневой фортификации. На фиг. 152 приведен в качестве образца схематический чертеж одного из сильнейших (по проекту) фортов Антверпенской крепости на ее новом обводе — форте Вавр-Сен-Катрин, к постройке которого было приступлено уже в 1902 г. Надо прежде всего указать, что все форты нового обвода по устройству своему подразделялись


— 336 —

на две категории или разряда. Форты первого разряда имели устройство форта Вавр-Сен-Катрин. Это были типичные броневые форты-батареи. Вал имел командование свыше 9 м над горизонтом и был оснащен 16 броневыми башнями: а) вооруженные 15-см пушками, b) 12-см гаубицами, с) 75-мм пушками и d) 57-мм пушками. Под валом было расположено большое количество довольно просторных казематов с покрытием из сплошного бетона толщиной от 2,25 до 2,50 м, из коих 1,25 или 1,50 м бетона состава 1:2:7,5 (цемент, песок, галька) и 1 м бетона состава 1:2:5. В фортах, строившихся с 1906 г., своды казематов получали толщину в 2,50 м, из коих 1,25 м того же слабого бетона, что и раньше, а 1,25 м из бетона качества более высокого, чем верхний слой в предыдущем случае. Главнейшие броневые закрытия в виде башен для 15-см, 12-см и 75-мм пушек имели купола: в старых образцах, изготовленных заводом Круппа из прокатного железа толщиной в 22 см, в более же новых образцах — из никелевой стали также толщиной в 22 см; последнего рода башни были изготовлены бельгийским заводом Коккериля.

+ увеличить картинку + Фиг. 152. Форт Вавр-Сен-Катрин (Антверпен) Фиг. 152. Форт Вавр-Сен-Катрин (Антверпен)

Вал форта был окружен со всех сторон водяным рвом шириной в 40—50 м, что вызывалось высоким уровнем грунтовых вод. Напольный ров получал фланковую оборону из оригинального островного капонира ОК., сообщение с которым было, однако,


— 337 —

не казематированное, а открытое — по плотине, что, конечно, ненадежно. Закругленная часть рва перед этим капониром обстреливалась фронтальным и косым огнем из башен d со скорострелками, находившихся над капониром. Боковые рвы получали фланковую оборону из плечных полукапониров ПК. Фланкирование промежутков осуществлялось двухэтажным капониром ГК, примыкавшим у горжевой казарме и носившим название традиторных батарей. Наличием такого промежуточного капонира в новых бельгийских фортах эти последние резко отличались от прежних фортов, строившихся по проектам Бриальмона, в которых вся оборона промежутков основывалась на огне броневых машин, что было ненадежным, так как нередко: 1) получались мертвые пространства, как то было с фортами крепостей Льежа и Намюра и 2) на башню кроме задачи фланкирования промежутка обычно возлагалась и задача самообороны, благодаря чему цели раздваивались и фактически фланкирование в нужную минуту отсутствовало.

К недостаткам описанного типа форта следует отнести прежде всего ложность самой идеи — совмещения в одно целое форта и батареи, расположенных на тесном пространстве; затем высокое командование вала (вызванное, правда, наличием высокого уровня грунтовых вод), что делало форт хорошо заметной издали целью артиллерийских наблюдателей. Ко всему этому надо добавить недочеты, явившиеся результатом несоответствия защитных средств форта новейшей германской артиллерии, под действие которой они попали, равно как незаконченности работ, имевшей место как на форте Вавр-Сен-Катрин, так и на многих других.

Рис. Бетонные сооружения одного из фортов Льежа, разрушенные снарядами германской тяжелой артиллерии Рис. Бетонные сооружения одного из фортов Льежа, разрушенные снарядами германской тяжелой артиллерии

При атаке крепости Антверпен немцами в мировую войну форт Вавр-Сен-Катрин один из первых подвергся сильнейшей бомбардировке. В течение 4-х дней по форту было выпущено согласно официальным германским данным 500 снарядов, из которых: 171 снаряд был 42-см калибра и 329 снарядов 30,5-см калибра. В форт попало только 44 снаряда, но они


— 338 —

произвели значительные разрушения: своды казематов были пробиты в 9 местах, левый горжевой полукапонир был обвален, пороховой погреб взорван, разрушено было 3 броневых башни с орудиями дальнего боя и 3 башни с 75-мм орудиями. Между прочим, купол одной башни с 12-см пушкой был пробит 42-см снарядом, который разорвался внутри башни и разбил последнюю в крошки, причем совершенно был разрушен и окружающий передовую броню железобетон; затем один 30,5-см снаряд, отрекошетировав от купола башни с 12-см пушкой, также разбил этот купол, причем окружавший передовую броню железобетон разрушен не был, а только растрескался. Интересно также отметить, что 21-см снаряды с увеличенным разрывным зарядом своды казематов форта не пробивали, но производили в них значительные трещины; броневые башни от этих снарядов также чувствительных повреждений не имели. Из всего приведенного можно прийти к заключению, что бельгийские бетонно-броневые форты новейшей конструкции в противоположность французским фортам крепости Верден в мировую войну себя не оправдали, и потому правы были те, кто еще до войны осуждал бельгийскую систему как крепостей, так и их элементов.

Кроме фортов первого разряда, представителем которых был описанный форт Вавр-Сен-Катрин, в Антверпене были построены на новом обводе и форты второго разряда: они имели меньшие размеры в плане, не имели головного островного капонира, а по одному капониру в плечных углах; эти капониры фланкировали каждый половину напольного рва и боковой ров, причем с поля были прикрыты земляными масками, опиравшимися на откосные крылья капониров. Вооружение этих фортов было слабее, будучи размещено в 7 или 10 башнях. Представителем таких фортов мог служить форт Брехем на восточном секторе крепости.

В мировую войну при наступлении немцев он также подвергался жестокой бомбардировке: по нему было выпущено 42-см снарядов — 74, из которых попало б, а 30,5-см снарядов было выпущено 70, а попало 16; кроме того обнаружено было на форте 20 воронок от снарядов, калибр которых определить не удалось. Разрушения были довольно серьезные: здесь, как


— 339 —

и на форте Вавр-Сен-Катрин, оказалась разрушенной половина (правая) горжевого промежуточного капонира, пробита была центральная потерна, разрушены некоторые казематы как головной, так и горжевой казарм, подбиты и разрушены некоторые башни.

+ увеличить картинку + Фиг. 153. Типовой редут на обводе Антверпена Фиг. 153. Типовой редут на обводе Антверпена

Третью категорию укреплений на новом обводе Антверпена представляли промежуточные между фортами долговременные редуты. На фиг. 153 показан тип таких редутов. Это овальной формы укрепление с гласисообразным бруствером, на напольном фасе которого имеется бетонный массив с броневой башней а, вооруженной 75-мм пушкой, пороховым погребком и убежищем для прислуги. В горже расположена двухэтажная бетонная казарма К с примыкающими к ней двумя промежуточными полукапонирами (традиторные батареи), вооруженными 75-мм пущками и 12-см гаубицами. Своды везде толщиной в 2 м, а тыльные стены — в 2,5 м. Преграда в виде водяного или плоского сухого рва шириной в первом случае 19 м, во втором — 16м, причем на дне сухого рва располагалась проволочная сеть. Ров получает оборону только фронтальную, кроме небольшие участков горжи, получающих продольную оборону из нижних этажей полукапониров. В мобилизационный период такие редуты окружались еще снаружи проволочной сетью шириной в 12 м; гарнизон каждого такого редута обычно 1 рота.

В Австрии в XX веке в отношении крепостного строительства все внимание военного ведомства было обращено главным


— 340 —

образом на итальянскую границу, сведений о которой в литературе было очень мало; на границе же, обращенной к бывшей России, продолжали понемногу совершенствовать две главных крепости — Краков и Перемышль, сведения о которых имелись у нас достаточно подробные. О Кракове было сказано в главе XXVI. Здесь остается сказать о Перемышле, который, кстати, сыграл немаловажную роль в мировую войну.

Перемышль (фиг. 154) прикрывал важнейшие переправы через р. Сан и представлял узел дорог, ведущих на Вену и Будапешт. Ядро крепости составлял город, расположенный по обоим берегам р. Сан. Он был окружен центральной оградой нового типа, состоявшей из 21 долговременного опорного пункта и соединяющих их куртин в виде валов со рвами, усиленными железными решетками и проволочными сетями. Общий обвод ограды имел протяжение около 15 км.

Фиг. 154. Крепость Перемышль Фиг. 154. Крепость Перемышль

Главную крепостную позицию образовал вынесенный вперед фортовый пояс, на котором в мирное время было построено 38 долговременных укреплений, из коих 19 типа фортов, прочие — в виде опорных пунктов или батарей. Характерной особенностью фортового пояса было то, что на разных секторах форты были удалены от ограды на различное расстояние. Так, на северном секторе форты были в 6 км от ограды,


— 341 —

на юго-западном — в 5 км, на северо-западном — всего в 4 км, а на юго-восточном, наоборот, форты образовали особую Седлисскую группу, заключавшую 6 передовых фортов, выдвинутых на 11 км от железнодорожного моста через р. Сан. Такое выдвижение фортов в виде самостоятельной группы, отличавшейся значительной силой, объяснялось характером местности, способствующим ведению здесь постепенной атаки, и желанием обстрелять долину р. Бухты (притока р. Виара, впадающей в свою очередь в р. Сан), которая иначе с фортового пояса обстреляна быть не могла. Все укрепления фортового пояса были связаны между собой и с ядром крепости сетью прекрасных шоссе и узкоколейных железных дорог общим протяжением около 100 км. Все органы управления крепости и укрепления обслуживались также телеграфной и телефонной сетями. Общий обвод наружного пояса укреплений был в 45 км.

В мировую войну в мобилизационный период, который для крепости выразился довольно продолжительным сроком почти в 1,5 месяца, Перемышль был усовершенствован значительным развитием передовых и внутренних позиций, исправлениями на фортах и крупными работами на промежутках, так что к началу сентября 1914г., когда в него отступила часть австрийских армий, потерпевших поражение в Галицийской битве, это была сильная по тогдашнему времени крепость, брать которую сразу русским войскам, не имевшим мощной осадной артиллерии и надлежащих технических средств, представлялось делом совершенно непосильным, и русское командование принуждено было поэтому ограничиться первоначально блокадой крепости. Однако к 24 сентября (по старому стилю) 1914 г. стратегическая обстановка сложилась так, что русским надо было во что бы то ни стало поскорее разделываться с крепостью, и тогда командование решилось на штурм крепости, но невозможность достаточно подготовить таковой за отсутствием мощной артиллерии и затем провести его при недостатке технических средств привела к неудаче. Повторный на следующий день штурм также не увенчался успехом. Тогда пришлось крепость деблокировать. Свыше месяца крепость была в деблокированном состоянии, успела за это время пополниться свежим гарнизоном, запасами и исправить свои недочеты. С 1 ноября 1914г. крепость снова блокируется и удерживается затем австрийцами до 9 марта 1915 г., т. е. в течение 4-х месяцев, после чего еще до начала бомбардировки ее подвезенной русскими мощной артиллерией сдается вследствие голода.

Итак, крепость выполняет серьезную стратегическую задачу, приковывает к себе известную часть русских сил на 6 месяцев


— 342 —

и сдается только от истощения продовольственных запасов. Но если, по примеру бельгийских крепостей и французской крепости Мобеж, задать себе вопрос — смог ли бы Перемышль в том состоянии, в каком он был к подходу русских войск, удержаться так долго при наличии у русских такой же артиллерии, какая была у немцев, и при столь же решительном способе действия, какой применили последние при взятии бельгийских крепостей, то с уверенностью можно дать отрицательный ответ: форты крепости и недостаточная моральная устойчивость австрийских войск едва ли в состоянии были выдержать бомбардировки мощными калибрами, и крепость смогла бы продержаться не месяцы, а самое большее — недели.

Фиг. 155. Типовой австрийский форт начала XX в. Фиг. 155. Типовой австрийский форт начала XX в.

Посмотрим теперь, каковы были австрийские форты. В Перемышле, как и в Кракове, форты, вообще говоря, были самого разнообразного устройства: многие были постройки 70-х годов и только потом бетонированные, другие были постройки 90-х годов, но с бетонными казематами и броневыми башнями того периода; наконец незначительная часть фортов была построена в XX веке, преимущественно с 1907 г. Представителем такого рода фортов, проектированных по образцам, разработанным австрийским инженерным комитетом, может служить тип форта, показанный схематически на фиг. 155, в котором многое напоминает теоретические примеры фортов, приводившиеся в учебнике долговременной фортификации австрийского инженера Бруннера. Боевая позиция в этом типе представляется в виде узкой траншеи о трех фасах; в средней части под напольным бруствером расположено убежище для дежурной части У;


— 343 —

в углах имеются особые бетонные массивы М, увенчанные двумя броневыми башнями с 75-мм скорострельными пушками и одним броневым наблюдательным постом каждый; внутри массива расположены убежища для людей и погребки для боевых припасов орудий. Убежища У и массивы М соединяются тремя потернами П с горжевой казармой К, связанной в одно целое с бронекупольной батареей 12-см гаубиц Г; с броневыми наблюдательными постами НП. По сторонам казармы расположены промежуточные полукапониры Т, называемые в Австрии, как и в Бельгии традиторными батареями (Traditorbatterien); они состоят из бетонных казематов, лицевые стены и амбразуры которых образованы из броневых плит. Казематы эти вооружались 8-см скорострельными пушками и имели обстрел в горизонтальной плоскости от 40° до 80° — для фланкирования промежутков. При каждом полукапонире имеется каземат для наблюдательного поста и прожектора. К лицевой стенке казармы примыкает горжевой капонир, огражденный металлическим палисадом. Оборона напольного и бокового рвов производится из двойного ДК и одиночного ОК кофров, соединенных с бетонными массивами М. Все казематы бетонные со сводами толщиной в 1,75—2 м, без всякой рубашки, что нельзя не признать даже по тем временам слабым.

Отрицательной стороной приведенного образца помимо недостаточной толщины сводов казематов является совмещение в одной постройке пехотной позиции с артиллерийской в виде броневой батареи. В Германии, как мы уже видели выше, от таких броневых фортов-батарей отказались уже к 1899 г. Правда, в Австрии инженер Лейтнер в 1898 г. также восставал против таких фортов и рекомендовал обратиться к укрепленным группам, но его голос оказался голосом, вопиющим в пустыне, и укрепленная группа в Австрии вначале XX века не привилась.

Наряду с идеей Лейтнера, с 1907 г. в Австрии в литературе стала проводиться другая мысль — заменить броневой форт расчлененным опорным пунктом. Описание такого расчлененного опорного пункта (Zerlegtesstutzpunkt) дал впервые поручик Ханика, а австрийский майор Бруннер выразил мысль Ханика схемой, приведенной на фиг. 156. На этой схеме буквами S обозначены бетонные массивы с 3 броневыми куполами каждый, заключающими скорострельные пушки или гаубицы. Ханика назвал их “Komplexe fur Schnellfeuerkanonen” (группа скорострельных пушек). Массивы эти соединяются между собой земляными или бетонными брустверами I, оборудованными щитами, пулеметными гнездами, траверсами и прочими приспособлениями боевой позиции, с убежищами для стрелков, расположенными


— 344 —

в массивах. В центре расположена броневая батарея РВ для дальнобойных пушек или гаубиц. В тылу рассредоточено расположены казармы с примыкающими к ним промежуточными полукапонирами Т(традиторные батареи), нижние этажи которых фланкируют прилегающие к ним участки горжевого рва.

Все казематированные постройки связаны между собой потернами Р. Снаружи вся совокупность построек охватывается со всех сторон рвом Н с проволочной сетью и фланковой обороной из кофров Ф. Площадь такого расчлененного опорного пункта — около 1 км по фронту и 0,5 км в глубину.

+ увеличить картинку + Фиг. 156. Расчлененный опорный пункт Ханика Фиг. 156. Расчлененный опорный пункт Ханика

Приведенная фортификационная форма, несомненно, обладала достоинствами: 1) она представляет цели, разбросанные на большой площади и потому трудно уязвимые артиллерией; 2) она обладает известного рода гибкостью и удобоприменимостью к местности, особенно гористой. Но у этой новой формы были и недостатки: 1) при разбросанности отдельных ее элементов затрудняется общее управление одним начальником; 2) требуются длинные рвы и подземные сообщения между отдельными органами обороны, что удорожает всю постройку; 3) нецелесообразно расположение внутри опорного пункта броневой батареи, навлекающей на весь опорный пункт огонь неприятельской артиллерии. Однако описанная форма не нашла себе в Австрии практического осуществления в крепостях, расположенных на бывшей русской границе. Имеются в литературе указания на применение чего-то подобного вышеописанному расчлененному опорному пункту Ханика на границе Австрии с Италией.

Я люблю паро-панк Поддержи сайт
купи наши товары
Письмо
админу
rex@steamage.ru
Сайт существует с 16.12.2017