Эпоха Пара

Я паро-панк
и я люблю паро-панк

ПубликацииПубликации ПрограммыПрограммы ИгрыИгры ТоварыТовары

Немецкие коммунисты проиграли из-за Сталина?

А вот, сказывают, Сталин-то запретил немецким коммунистам вступать в политический блок с немецкими же социалистами - а кабы не запретил, то уж точно они объединились бы и тогда не видать Гитлеру власти. Да неужто правда?

Даже не буду предлагать взглянуть на карту, чтобы просто убедится где Москва, а где Германия
(и с чего немцам слушаться грузина?). Мало ли, вдруг у немцев тайная симпатия именно к грузинским вождям.

Давайте лучше посмотрим на цифры. Ведь это не секрет. И даже более того, как раз цифры и приводят обличители Сталина в подтверждение своих слов. И цифры эти таковы:

  • 31 июля 1932 года выборы в рейхстаг:
    • национал-социалисты - 37.4%
    • социал-демократы - 26.1%
    • коммунисты - 14.5%

Как будто если сложим 26.1% социалистов да 14.5% коммунистов то получим 40.6% - что конечно больше чем 37.4% нацистов. Аж на 3 с хвостиком процента больше. Но увы, даже вместе они не смогут набрать большинство для формирования коалиционного правительства - а стало быть наци сохранят своё немалое влияние в парламенте.

Главой же парламентской фракции нацистов с 1928 года был «наци номер два» Герман Геринг, а вовсе не Гитлер. Так что если даже социалисты и вздумали бы помочь коммунистам насолить нацистам, то увы, их парламентские игры никак не повлияли бы на судьбу Гитлера. В самом лучшем случае они помешали бы Герингу стать спикером парламента - то есть третьим лицом страны после президента и канцлера.

Гитлеру эти парламентские игры ничем помешать не могли. Собственно, согласно Конституции, Гинденбург уже должен был бы назначить Гитлера канцлером...

Но сам Гитлер этому и помешал!

Заметьте, не Сталин, не Тельман, не даже властительный Гинденбург - никакие происки злых недругов - а сам Адольф лишил себя поста канцлера в тот момент. Но как?

Да очень просто: ведь Гитлер выдвинул свою кандидатуру не в канцлеры - а в президенты. Думаю, всем понятно, что один человек не может быть и канцлером и президентом? И коли метишь в президенты, то отказываешься от поста канцлера. И выборы эти уже прошли в том же году чуть раньше:

  • 13 марта 1932 года - президентские выборы:
    • 18 650 730 голосов - Гинденбург
    • 11 339 285 голосов - Гитлер
    • 4 983 197 голосов - лидер коммунистов Эрнст Тельман
    • 2 557 729 голосов - монархист Теодор Дуйстерберг
  • 10 апреля 1932 года - повторные президентские выборы:
    • 19 359 650 голосов - Гинденбург = 53%
    • 13 418 011 голосов - Гитлер = 36.8%
    • 3 706 655 голосов - лидер коммунистов Эрнст Тельман = 10.2%

    На этих последних и решающих выборах Теодор Дуйстерберг счёл нужным снять свою кандидатуру в пользу Гитлера

Как видите, на решающих выборах коммунист проигрывал Гитлеру не на проценты, а в три с половиной раза! Ну, хорошо, возможно только в три, пусть даже всего-то в два с половиной раза без поддержки монархистов, да вот только монархистам коммунизм был противен всей душой - а идея фюрерства, вкупе с возрождением Империи, вполне их устраивала.
Именно потому монархисты и помогли нацистам, отдав им голоса своих избирателей. И потому же социалисты ничем не могли помочь в борьбе с Гитлером, ибо среди социал-демократов не было ни одного реального претендента на трон (соответственно на президентских выборах никаких голосов они не имели и передать их кому-либо не могли).

Да пусть бы даже Тельман проигрывал по популярности всего лишь вдвое... Проигрыш в 2 раза?! В политике?! Да это просто не на что надеяться! Можно сразу снимать свою кандидатуру (как это сделал Дуйстерберг - и между прочим правильно сделал, его люди были облагодетельствованы новой властью, а их организация «Стальной шлем» даже ухитрилась пережить Третий Рейх, хотя, конечно, в послевоенной жизни уже не имела прежнего влияния).
И уж вступать в блок с таким непопулярным кандидатом никто не станет. Почему не станет? Да потому что за непопулярного и голосовать мало кто захочет. Собственно картина выборов это подтверждает полностью: на перевыборах коммунист потерял более миллиона (то есть четверть!) своих избирателей - это те, кто сперва поверил рекламной компании компартии, а потом, по итогам первого этапа, увидел, что настоящей общенародной поддержки за коммунистами нет. И решил ставить на фаворита.
Аутсайдер никому не нужен.

Собственно на этом можно и закончить. Но если читателя интересуют подробности...

Или не хотели

Если Тельману с кем и вступать в политический блок, то уж не с социалистами, а разве что с самим Гинденбургом. Да вот только старый фельдмаршал сам склонялся вправо. И уж конечно он не забыл плодов коммунистической агитации в конце Первой Мировой.
Да и не только он один.

Посмотрите ещё раз внимательно на эти цифры: коммунисты получают 14.5% голосов в рейхстаге и 10.2% на президентских выборах. Другими словами, в самом лучшем случае лишь каждый 7 немец симпатизировал партии немецких коммунистов, но даже из этих хороших (прокоммунистических) немцев почти треть (!) не желала видеть коммуниста у руля власти. Это и неудивительно - ведь треть немецких коммунистов почитала Троцкого, и, естественно, не жаловала Джугашвили, а вслед за ним и своего Эрнста.

Надеюсь, читателю всё понятно насчёт истинной популярности идей коммунизма в Германии того времени?

И какой, скажите на милость, прок социалистам принимать к себе этих непопулярных коммунистов? Социалистам как раз было чего терять - в 1932 году им симпатизирует четверть населения Германии. Но если они впрягутся за Тельмана, то точно так же как сами коммунисты, потеряют четверть, а то и треть своего электората. Ну и на что немецким социалистам такой расклад?

Политика вообще такая штука - в ней лишь глупец блокируется с слабейшим. Впитать в себя слабого, забрать его харизматичных последователей, переманить его избирателей - это да, это милое дело. Но вступать со слабым в равноправный блок??? Уж если связывать себя блоком - то только с фаворитом. Аутсайдеры никому не нужны.
Но может у немецких социал-демократов была скрытая симпатия к идеям коммунизма или к Эрнсту Тельману лично?

Чтобы ответить на этот вопрос, давайте ещё раз проанализируем цифры.
Вот нацисты: 37.4% в рейхстаге и 36.8% лично за Гитлера - замечательное постоянство. То, что лично за Гитлера проголосовало чуть меньше, очевидно объясняется тем, что эти избиратели отдали свои голоса Гинденбургу (всё же, в роли правителя фельдмаршал более предпочтителен, нежили ефрейтор).
Но всего Гинденбург набрал 53% - откуда же?

Если читатель потрудится пересчитать все голоса на выборах в рейхстаг, то увидит недостаток в 22% - это те немцы, которым не нравились ни нацисты, ни коммунисты с их вечными драками «боевых отрядов партии», а проще сказать банд.
(Как известно почётный мученик наци, командир штурмового отряда «Штурм-5» Хорст Ханс Вессель погиб в драке из-за проститутки - Хорст был сутенёром, а его конкурент Али Хелер то же был сутенёром, только... членом коммунистической партии! Ни тот, ни другой не были идейными борцами - просто примкнули к контролировавшим кварталы партийным бандам, чтобы защитить свой бизнес)
Социал-демократы, лавировавшие «меж теми и этими», у этих немцев то же значительной популярностью не пользовались. И даже те, кто всё же отдавал свои голоса социал-демократам, скорее воспринимали их как меньшее зло.
Но по-настоящему большинство немцев хотело стабильности - а её олицетворял собой фельдмаршал Гинденбург.

Итак, пока мы нашли лишь 22% голосов избирателей Гинденбурга - а откуда же ещё 31% ?
А вот откуда:

  • 0.6% дали нацисты (да, всего шесть десятых)
  • 4.3% дали коммунисты (то есть, как ни смешно, но вклад немецких коммунистов в победу правого кандидата в 7 раз больше, чем вклад нацистов - и немало коммунистов стали наци за последующие годы)
  • Итого : остаётся ещё 26.1% но... смотрите-ка, да это же ровно все те голоса, которыми, на выборах в рейхстаг, располагали социалисты!

Итак, правда в том, что социалисты свой выбор в 1932 году сделали совершенно однозначно - в пользу открыто склоняющегося к фашизму Гинденбурга. И поддержали они его единогласно стопроцентно. И не столько по повелению партийного руководства, сколько по трезвому размышлению (а немцы вообще народ рассудительный).

И всё же правда такова, что повеление партийного руководства было. Только коммунисты, Коминтерн или Сталин тут ни при чём. Ведь повелевало руководство партии... социал-демократов - вступить в блок с... правыми. А именно - голосовать за Гинденбурга. Это партийное повеление, как мы уже поняли, вполне соответствовало настроениям социал-демократов и сочувствующих им. Естественно такое единодушие не могло быть не замечено другими.

Скажите на милость, могли ли немецкие коммунисты быть настолько слепы, чтобы тешить себя надеждами на блок с так решительно вправо-склоняющимися социалистами?

Ведь коммунисты социалистам в 1932 году были совсем не близки, а даже скорее чужды. Вдобавок, блок с коммунистами обрекал на драки с наци - а вот быть битыми кулаками (это если сильно повезёт, обычно всё бывало много хуже) социалисты точно не хотели. И потому уж что там Сталин якобы мог запретить немецким коммунистам...

Лучше ответьте на вопрос: а как бы Сталин мог заставить немецких социалистов принять под своё крыло этих непопулярных хулиганов-коммунистов?

Справедливости ради заметим, что своё боевое крыло партии было и у социал-демократов. Вот основные партийные военизированные организации Германии того времени:

  1. «Штурмовые отряды» СА Эрнста Рёма (национал-социалисты)
  2. «Красный фронт» («Союз красных фронтовиков») Эрнста Тельмана (коммунисты)
  3. «Железный фронт» («Союз имперского флага») (социал-демократы)
  4. «Стальной шлем» военное крыло Немецкой национальной народной партии (монархисты, но на выборах поддержали Гитлера)

Все эти организации устраивали и факельные шествия по ночам и жестокие драки с применением холодного оружия и подручных средств (а порой доходило и до пальбы). Влияние этих уличных банд на жизнь простых немцев было очень велико (если не сказать - абсолютно).
«Железный фронт» только и мог что удерживать под контролем избирателей социал-демократов. Войди он в союз с «Красным фронтом» - и тут же в его кварталы ворвутся и штурмовики Рёма и «Стальной шлем» (в составе которого было немало ветеранов войны). При этом сам «Красный фронт» союзник весьма ненадёжный - внутри коммунистов раскол, а в головах их бойцов идейности совсем мало.

Впрочем, в головах всех уличных бойцов идейности не хватало. Многие дрались лишь потому что... дрались. В рядах наци было полно искренне веривших и в пункт номер 20 партийной программы и в национализацию производства и в прочие социальные лозунги (а уж этих социальных лозунгов в «Майн Кампф» было ох как много). Неудивительно, что с такой мешаниной в голове, иные перебегали из партии в партию по нескольку раз - и их брали, ведь бойцы были нужны всем.

Да что уж рядовые. Разброд в мыслях царил и повыше. Как ни смешно, но даже сам Гитлер в 1919 году, был активистом Баварской Советской Республики, считался агитатором и даже носил нарукавную повязку красного цвета! Но пресловутая пролетарская солидарность никак себя не проявила, республике никто руку помощи не протянул - и Адольф разуверился в интернационализме. И, по закону маятника, столь же резко качнулся в противоположную сторону.

Точно так же и Сталин не верил в интернационализм. Он хорошо запомнил и английскую и особенно польскую интервенции (да и кто не помнил её в 30-е?) - и не было республике трудящихся никакой, даже мало-мальской поддержки, от пролетариев других стран. Простая истина «спасение утопающего дело рук самого утопающего» была для Сталина абсолютно очевидна. Никто в мире и не собирался помогать Стране Советов - а вот урвать свой кусок от неё желали многие (а Польша так и урвала больше всех). СССР не мог позволить себе быть слабым, потому что действительно всегда существовал в кольце врагов.
Как до того существовала империя Романовых.
А до них так же выживали княжества Рюриковичей.
И потому Сталин... терпел Коминтерн. Не любил - не любил эту организацию за её неумеренные финансовые аппетиты и беспочвенные амбиции (ведь, вопреки распространённому заблуждению, лидеры Коминтерна не только не слушались Сталина, но даже полагали что могут ему едва ли не приказывать). Но терпел и даже поддерживал. Ибо с её помощью рассчитывал выиграть время для укрепления СССР - и этот его расчёт оправдался.

К слову о Коминтерне. Вернее о его (Коминтерна - а никак не Сталина! ведь товарищ Джугашвили, повторю ещё раз, был немцам не указ) пресловутом запрете немецким коммунистам блокироваться с социалистами.
Давайте представим себе ситуацию: ну вот, приходит новый человек, скажем, чернорабочим на завод - и что же? Он будет диктовать свою волю заводу и его директору? Э, нет, семеро одного не ждут - в данном случае не слушают.

Социалисты в Германии 1932 года превосходили коммунистов по популярности приблизительно вдвое. По боевой силе держали примерный паритет. Короче коммунистам никак - не силой, ни убеждением - невозможно было склонить социалистов в свою веру. Примкнуть к социалистам коммунисты может и мечтали, да смогли бы только в случае отказа от своей собственной программы и принятия чуждой им программы социалистов - а к чему клонились социалисты мы уже увидели выше. Направо они клонились, безоговорочно направо.
Ясное дело, Коминтерн никак не мог одобрить усиление правых.

Но правда в том, что одобрял чего-то Коминтерн (или даже лично Иосиф Виссарионович) или не одобрял - а солнце каждый день восходит на востоке и заходит на западе, дождь льётся с небес на землю, и мир катится естественным путём, который никак не зависит от желания отдельного, пусть даже облечённого властью, человека (который всё же всего лишь человек - не бог и не волшебник). И естественным образом симпатии немцев в 1932 году были однозначно на стороне правых - в сумме 9 из каждых 10 немцев голосовали за правый поворот.

Для тех, кто всё ещё сомневается...

...а вдруг всё-таки Сталин мог чего-то изменить в судьбе Германии? Ну что ж, давайте рассмотрим картину в подробностях. А то ведь, сказывают, будто Гинденбург ох как не хотел возвышения Гитлера...

Кто возглавил «Пивной путч» 1923 года? Их было двое и имя одного известно всем - это Гитлер. Ну а про второго часто забывают - а ведь это герой войны, генерал Людендорф, в годы войны непосредственный помощник Гинденбура и, наконец, его давний друг.

Правда, к 1932 году Людендорф к политике охладел. Да и было из-за чего. Итог «Пивного путча» - арест большинства его участников и суд над ними в начале 1924 года. В том же году дважды прошли выборы в рейхстаг и тенденция падения популярности нацистов - вдвое (с 6.4% на выборах 4 мая до 3% на выборах 7 декабря - да, немцы хулиганов не жалуют). 20 декабря выпущен из тюрьмы Гитлер.
Но на президентские выборы 29 марта 1925 года нацисты выдвигают своим кандидатом не Гитлера (у того ещё не было немецкого гражданства, и даже на его выступления, после «Пивного путча», был наложен запрет, снятый лишь 10 марта 1927 года) - а Людендорфа. И - сокрушительное поражение, генерал сумел набрать лишь 211 тысяч голосов. А кто же его обыграл?
26 апреля 1925 года вторым по счёту президентом Веймарской Республики стал Пауль фон Гинденбург. Генерала обошёл фельдмаршал.
И это вполне логично. Немцам, после войны, революции и переворотов, несимпатичны были забияки-нацисты. Немцам хотелось обратно, в довоенную стабильную и размеренную жизнь - а Гинденбург как раз и олицетворял собой эту стабильность.
Но генералу, конечно, этот проигрыш был обиден. Оттого он к политике и охладел.

Но Людендорф был не единственным героем войны, кто пошёл за фронтовиком Гитлером (рекламные плакаты нацистов несли надписи «Фронтовик Гитлер» и «Законник Гитлер» - последнее чтобы подчеркнуть, что партия выбрала популярный у немцев законный путь и больше «Пивных путчей» не будет). И Гинденбург это прекрасно знал. Как не мог не знать, что на выборах 14 сентября 1931 года нацисты уже получили большинство голосов в земле Гессе. Их популярность уверенно растёт.
Как вы думаете, стал бы какой-нибудь разумный политик пренебрегать голосами трети избирателей?

Рискну предположить, что весьма вероятно Гинденбург знал и больше. По крайней мере, он вполне мог об этом знать. Дело в том, что второй человек в партии нацистов не был антисемитом... Да, несмотря на все свои нацистские убеждения, Геринг относился к евреям более чем лояльно. А уж старым друзьям и тем более никогда не отказывал в помощи. Когда в 1943 году его друга, еврея по фамилии Лютер, арестовало гамбургское гестапо, Геринг немедленно вмешался и добился освобождения. В ходе «Пивного путча», в перестрелке с полицией у Фельдхернхале, Геринг получил две пули в низ живота, но его укрыла в своём доме еврейская семья Баллен. Через 20 лет Геринг позаботился чтобы семья Баллен была избавлена от уничтожения. Едва став рейхскомиссаром военно-воздушных сил, Геринг поставил своим заместителем бывшего директора «Люфтганзы» Эрхарда Мильха - а у того все предки были евреями. Это даже вызвало небольшой скандал с Гитлером, но решения Геринга никто не отменил, а Мильха попросту «ариезировали». Список можно продолжать до бесконечности. Вообще в ведомстве Геринга (создававшем главную ударную силу будущего блицкрига) процент служащих евреев был самым высоким (около трети министерских сотрудников были евреями), следующим по их проценту ведомством была внешне-политическая разведка (на которую работало немало евреев и за границами Третьего Рейха), а уж за ними шли и прочие государственные структуры Германии. Естественно, везде они были «ариезированы» точно так же как Мильх.
Другими словами, ярые антисемиты-нацисты сумели заручиться поддержкой и немалой части самых активных слоёв немецкого еврейства. Куда уж было простакам-коммунистам тягаться с Гитлером и компанией, проворачивавшим такие трюки.
Конечно, тогда, в 1932 году, Гинденбург ещё не мог знать сколько евреев поддержат своим активным трудом будущее Германии - но он мог предполагать, что нацистам по плечу и эта задача. Их лидеры делили евреев на полезных для Рейха и бесполезных. Впрочем, и немцев они делили по тем же критериям полезности - и бесполезным немцам пришлось ничуть не слаще, чем бесполезным евреям.
Но Гинденбург и сам делил людей примерно по тому же принципу - и если думал о благе народа, то лишь о благе его полезной для Империи части. А с этой точки зрения только Гитлер обещал принести долгожданное национальное примирение в Германию. Какой ценой? Вот об этом старый фельдмаршал предпочитал не задумываться - его дело отдавать приказы, а уж как исполнит «этот австрийский ефрейтор» не его печаль.

Не найденный Герингом компромат на сына Гинденбурга и не долги самого Гинденбурга (которые некие благодетели выкупили) - а голоса 13 с лишним миллионов немцев (и не только немцев), вот что стало решающим фактором. Конечно, Гинденбург поторговался и выгоду лично для себя из всей этой политической игры извлёк (и было бы странно, если бы не извлёк - немцы вообще народ прагматичный).

С кем же президент собирался торговаться? Нет, конечно не с самим Гитлером. Вероятно Гинденбург знал о «Дюссельдорфской речи» Гитлера перед собранием рейнских промышленных магнатов 27 января 1932 года. Не мог не знать.

Все годы своего существования Веймарская республика субсидировала простаивавшие (из-за Версальских ограничений) военные заводы Круппа. И, как доказывают документы (захваченные американцами и представленные на Нюрнбергском процессе), Гинденбург прекрасно был осведомлён об этих денежных потоках. Одному только Круппу за 15 лет существования Веймарской Республики было выплачено по правительственным каналам не менее 300 миллионов в золотом обеспечении и эта цифра ещё не окончательная (а ведь Крупп был не самым нуждающимся, вдобавок получал деньги ещё и из-за океана - например заем в США на 10 миллионов долларов в 1925 году, который Крупп вернул уже через пару лет). Впрочем, правительство помогало не одному только Круппу, а всем баронам фабричных труб. Пусть народ бедствует, голодает - но заводы надо сохранить!
Именно Крупп, как председатель Имперского союза германской промышленности, возглавлял делегацию промышленников на той встрече с Гитлером.

«Есть только один способ, с помощью которого мы сможем обеспечить вооружение больших армий. А именно: договорившись с крупнейшими промышленниками» - эти слова записал генерал Сект после перемирия 1918 года. До отставки в 1926 году он был командующим рейхсвера. Но и президент фельдмаршал Гинденбург думал точно так же. И сам Крупп и другие промышленники думали так же - производя военно-конструкторские изыскания в инициативном порядке.

Но почему бы президенту не стать пацифистом? Долой оружие, будем строить социализм. В конце концов, четверть немцев поддерживает социал-демократов. И ещё недавно (на выборах в рейхстаг 14 сентября 1930 года) социал-демократы были самой популярной партией. Правда, сразу следом за ними шли нацисты со своими 107 местами - но сейчас не будем обращать на этот факт внимания.
Итак, предположим, что Гинденбург стал бы пацифистом. Долой мечты о реванше. Масло и хлеб вместо пушек. А что, формально ведь всё правильно, на те деньги, что стоит одна пушка можно купить масла с хлебом столько, что хватит угостить каждого берлинца.

Да только ведь страна - это не люди. И не деньги. А - реальный продукт, который выпускает промышленность. Работает промышленность, производятся автомобили, трактора, швейные машинки и сковородки - вот и заработок людям, и есть еда на каждом столе. Совершенно особое место занимает в этой системе тяжёлая промышленность - это становой хребет всей промышленности. Конечно, она может выпускать и мирные паровозы, да только танк стоит на порядок дороже - вот почему в капиталистическом мире самый верный способ поддержать свою промышленность это обеспечить её военными заказами.
И тогда появятся новые рабочие места, люди станут регулярно получать зарплату, совершать всё больше покупок в магазинах, денежные потоки в стране придут в движение. Всё в полном соответствии с теорией гения экономики Маркса - почитайте-ка повнимательней его «Капитал». Экономика крутится, люди счастливы и никто не хочет бунтов и революций.
Но для этого нужно запустить тяжёлую промышленность в полную силу.

Забегая вперёд, заметим, что только работы по перевооружению Германии сократили число безработных немцев с 6 миллионов до 1 миллиона за всего 3 года. На одной только крупповской Гусштальфабрик число рабочих выросло с 35 тысяч до 112 тысяч. В 1933 году импорт железной руды подскочил разом на 170%. Только на крупповских Гусштальфабрик и Рейнхаузен производство стали увеличилось с 1.5 млн.тонн до 4 млн.тонн в год. У Круппа импорт за первый квартал 1933 года превысил общий тоннаж за весь предыдущий год - а ведь на тот момент Гитлер на должности канцлера всего 2 месяца. Как возможно так сплотить в едином порыве целую страну - за пару месяцев? Конечно Крупп крупнейший промышленник, но не беспокойтесь, и другие получили свой кусок пирога. И все работали, работали, работали.
Всё это - без каких-либо контрактов. Только на основе устных соглашений. Вдумайтесь в это.
Отчего промышленники так поверили в национал-социализм, в который верили и многие их «классовые враги» - рабочие?

Что предложил промышленникам Гитлер? То, что каждый предприниматель станет фюрером на своём производстве. О конфискации военных прибылей (пункт номер 20 программы нацистской партии) и тем более о национализации промышленности речи уже не шло, а профсоюзы было обещано разогнать. Но промышленность должна была срастись с государством, жить интересами государства и принять участие в социальной жизни государства - и с этим промышленники были вполне согласны.
Пусть рабочие будут сыты и довольны - но пусть они и работают. И они работали, подняв прибыли промышленности в среднем до 6.5% годовых (до того самым удачным годом для германской промышленности был 1926, когда средняя прибыль составила 2% годовых). Одна шестая (а позже и одна пятая) часть национального дохода Германии расходовалась на вооружение - то есть вливалась прямиком в тяжёлую промышленность.
Мог ли Тельман предложить промышленникам что-то более конструктивное? Увы, нет. А без промышленности, как мы теперь знаем, нет и государства.

Можно заменить президента, правительство, парламент, даже фюрера - но нельзя допустить остановки заводов. Заводы - и есть государство.
В России в 1918 году заводы остановились - в итоге только восстановление сколь-нибудь нормальной жизни в стране заняло десятилетия! Пример был у немцев под боком и им такой судьбы не хотелось.

Итак, главным в решении продвинуть к власти Гитлера были именно глубокие политико-экономические мотивы. Гинденбург точно знал, что нужно промышленникам, и понял, чего хочет немецкий народ - и был лишь один кандидат, способный удовлетворить и тех и этих.
А вот Генрих Брюнинг, бывший канцлером Германии с 28 марта 1930 года - не понял. И 14 апреля 1932 года (то есть через 4 дня после утверждения итогов президентских выборов) осмелился запретить деятельность СА и СС. Вероятно, это было частью политических торгов Гинденбурга - он свалил непопулярное решение на канцлера. Учтём так же, что над Германией ещё висел домоклов меч Версальских ограничений и нужно было рядится в овечью шкуру перед миром. Поэтому самых ярых нацистов, для виду, запретили.
Мир не заподозрил и не обеспокоился. Потому 30 мая следует отставка теперь уже не нужного Брюнинга, а 1 июня канцлером становится Франц фон Папен, чтобы уже в том же месяце, а именно 16 июня снять запрет на деятельность СА и СС.
Это был жест - показать, что президент твёрдо держит власть в своих руках (а вот хочу и запрещу вашу партию), но благоволит к нацистам (а могу и разрешить - если договоримся).

Но Гитлер тоже понял свою силу и просто так отдавать кому-то треть немецких избирателей не пожелал. 13 августа всё того же 1932 года Гитлер демонстративно отказывается от предложения президента занять один из постов в правительстве. Для простаков это знак слабости наци - поэтому если на выборах 31 июля нацисты получили в рейхстаге 230 мест из 608, то после демарша Гитлера, на выборах 6 ноября только 196 мест. Гитлер отказался формировать правительство с фон Папеном и рейхстаг был распущен.
Мелкие крысы бегут с корабля в поисках сиюминутной выгоды, но серьёзные политические игроки понимают, кто останется на плаву.
Поэтому 4 января 1933 года фон Папен (к тому моменту уже месяц освобождённый от официальной должности канцлера) тайно обсуждает с Гитлером его, Гитлера, роль в правительстве Германии. Фон Папен посчитал эту формально частную беседу достаточно успешной, чтобы высказаться о ней так: «Мы наняли Гитлера!». Но Гитлер не желал быть связанным ограничениями, поэтому, несмотря на принципиальное взаимопонимание, полного согласия всё ещё не было.
16 января в порядком опустевшую казну нацистской партии пришло большое финансовое вливание. Как записал об этом Геббельс в своём дневнике «финансовая ситуация решительным образом улучшилась за одни сутки». Он не записал кто был жертвователем, но весьма вероятно что на этот раз им был лично Густав Крупп (другие германские промышленники внесли свои пожертвования много раньше, а старый Крупп до последнего поддерживал монархистов). Это был решающий знак - деловые люди поддержат наци, но дольше ждать не могут, политики обязаны договориться.
Наконец, сторонам удаётся согласовать все спорные вопросы и 28 января отставка очередного канцлера, а 30 января президент Гинденбург назначает Гитлера рейхсканцлером Германии.

Далее всё правее и правее. 4 февраля принят закон «О защите германской нации». 17 февраля германская полиция начинает действовать совместно с СС и СА, которым разрешено «применять оружие в случае необходимости». 22 февраля Геринг, уже министр (но без портфеля на тот момент), учреждает вспомогательную полицию числом в 50 тысяч, главным образом из членов СС и СА. 27 февраля поджог Рейхстага, по обвинению в причастности арестовано 4 тысячи, главным образом коммунистов и либералов. 28 февраля президент Гинденбург издаёт указ, предоставляющий Гитлеру чрезвычайные полномочия. Арест фракции коммунистов в рейхстаге.
Гитлер всего лишь месяц как канцлер.
Следующий месяц. 3 марта арест Эрнста Тельмана. 9 марта Гиммлер назначен полицай-президентом Мюнхена. 13 марта Геббельс назначен рейхсминистром народного просвещения и пропаганды. 14 марта запрещена деятельность коммунистической партии Германии и других партий. 17 марта создан полк личной охраны фюрера (пока ещё только фюрера партии) «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» под командованием Зеппа Дитриха. 18 марта министр юстиции Баварии Ханс Франк уже позволяет себе внешнеполитический демарш в сторону Австрии - выступает с угрозами за преследование австрийских нацистов австрийским правительством (дело-то было не в нацизме - а в залежах австрийской руды, которые были отчаянно нужны экономике Германии. Но тут и причина и повод совпали очень удачно). 23 марта рейхстаг одобрил предоставление Гитлеру чрезвычайных полномочий на 4 года. А 24 марта 1933 года принят «Закон о защите народа и рейха» (более точно «Gesetz zur Behebung der Not vom Volk und Reich» что можно перевести как «О преодолении бедствий народа и империи») - этот закон, фактически устанавливавший тоталитарный режим в стране, был принят 441 голосом против 84. Сказывают, будто этого добились подкупив иных депутатов - но неужто депутаты не понимали за что голосуют? Уж будьте уверены, вполне понимали (разве что некоторые решили получить и лично для себя какую-то выгоду - а что, если президенту можно, то отчего ж депутату нельзя?).
Захватим пару примечательных событий из следующего месяца. 1 апреля было вовсе не шуточным - оно отмечено общегерманским бойкотом магазинов и предприятий, принадлежавших евреям. В этот день началось изгнание евреев из университетов. 7 апреля вошёл в силу антисемитский «Арийский закон» (Закон о государственной службе).

Напомним, это всё самое начало 1933 года, Гитлер всего пару месяцев и одну неделю как канцлер! А страна уже вся перекрасилась в коричневое и даже какой-то баварский министр уже смеет грозить соседним государствам. Как успел Адольф так быстро подчинить себе государственный аппарат Германии? А он и не подчинял!
Всё что творится в этот момент в Германии - дело рук президента Гинденбурга.

Ещё когда у Гитлера даже не было немецкого гражданства и, следовательно, куда-то там баллотироваться он не мог в принципе, Гинденбург, пользуясь своей президентской властью, уже стал затягивать гайки и душить свободы. Если в 1930 году Рейхстаг собирался 94 раза (через два дня на третий за вычетом каникул), то в 1931 году – 41 раз, а в 1932 году – уже только 13 раз (практически раз в месяц). Правительства при этом назначал не парламент, как вроде полагалось по Конституции, а лично – президент Гинденбург.
Вот он - конец демократии. Ещё до явления Гитлера. Ну а с таким активным сторонником как Гитлер, Гинденбург просто развернулся в полную силу.
И без его президентского одобрения, а то и прямого указа, не свершалось ни одно тёмное дело в Германии той поры.

Поэтому рассуждения о том, что «не приди Гитлер к власти» - это всё пустое. У власти уже был Гинденбург! И уж он нашёл бы себе помощника - не Гитлера, так другого. Хотя бы того же Геринга продвинул бы с места спикера чуток повыше. А что, неплохой выбор - боевой лётчик, орденоносный герой войны (одно время даже командовал знаменитой на весь мир «эскадрильей номер 1», став её третьим по счёту командиром, после самого «Красного барона» Манфреда фон Рихтхофена), и хорошая наследственность (отец генерал-губернатор и личный друг Бисмарка). К тому же активный молодой (по сравнению со стариком Гинденбургом) человек, не стесняющийся решительных действий (да он и с детства был драчуном, его за это выгоняли из всех школ, где он учился). Между прочим, именно Геринг «автор» поджога рейхстага и последовавших за этим расправ над коммунистами (как спикер парламента Геринг получил резиденцию, из подвала которой и начинался тот самый подземный ход, по которому проникли поджигатели в рейхстаг).
Но - повторяю ещё раз для невнимательных - и поджог рейхстага, и расправы и многое другое было сделано с подачи Гинденбурга.

Неужели кто-то верит, что это ТОЛЬКО из-за какого-то компромата или долгов за родовое поместье? Полноте, все долги фельдмаршала оплатили бароны фабричных труб, каждый из которых получил в тыщу раз больше, благодаря услугам старика. Бароны лишь оплатили этот свой долг ему - услуга за услугу.
Нет - тот террор прямое воплощение в жизнь твёрдых убеждений Гинденбурга, что коммунисты злодеи, и что путь возрождения Германии только через военный реванш и главная цель это воссоздание великого Рейха в границах империи Карла Великого. Ну и отчего же ему, Гинденбургу, отвергать Гитлера, который думает точно так же, как сам Гинденбург?
Помните слова фон Папена: «Мы наняли Гитлера»
В Гитлере старый вояка видел верного продолжателя своего дела. Жаль, конечно, что не родовит, не титулован, а, как выражался сам фельдмаршал, всего лишь «этот австрийский ефрейтор»...

Но давайте ещё посмотрим на дело глазами политиков, и зададим всего один вопрос: кто самый популярный человек в Германии после Гинденбурга? Назначить этого популярного человека своим ближайшим помощником - это верный политический ход. Собственно именно так Гинденбург и намеревался поступить сразу после выборов - да только Гитлера не устраивали ограничения его власти (которые ему навязывал фельдмаршал). Ну а то, что президент торговался, стремясь получить выгоду лично для себя... что ж, и это типично для политических игр.
Бремя власти отнюдь не легко - и свалить все эти тяготы на другого весьма разумно и даже выгодно для политического престижа Гинденбурга (как до того он их сваливал на Брюнинга). Да и здоровье, опять же, не казённое. Не будем забывать о преклонном возрасте президента - как-никак около 85 лет. Часто и тяжело болел. И 2 августа 1934 года умер. Был плебисцит и 19 августа 1934 года немецкий народ 89.93% голосов признал Гитлера единоличным правителем Германии. Результат был предсказуем, ведь уже на выборах в рейхстаг 12 ноября 1933 года нацисты набрали 93% - нетрудно подсчитать, что как минимум половина тех, кто прежде симпатизировал коммунистам, теперь изменила свои взгляды. Но ведь и жизнь немцев при новом канцлере начала изменяться к лучшему - как по волшебству начали появляться рабочие места. Ничего подобного коммунисты даже и не обещали.

А наци не обещали - да сделали реальностью! Вот оно немецкое экономическое чудо. Вот за кого надо голосовать.

Против абсолютной власти лично Гитлера голосовали только 10.07% - видимо это те же самые 10%, что в прежние годы голосовали за Тельмана. Что ж, их идейной убеждённостью можно только восхищаться. Но все остальные немцы? О нет, они голосовали не за фашизм. Они голосовали за что угодно, лишь бы не за коммуниста.

А теперь представим себе, что смерть Гинденбурга случилось, скажем, зимой 1932 года. Президентские выборы без Гинденбурга - ну, кто победит?

Неприязнь к коммунизму вообще иррациональна. Никто не видел этого «бродящего по Европе призрака» - но все боятся хуже чумы. Никто никогда и нигде ещё не жил при коммунизме! Да и вряд ли когда-нибудь будет жить (почему? Прочтите у Маркса). Жили при социализме, да - но между социализмом и коммунизмом разница принципиальная (даже больше, чем между социализмом и капитализмом).
Коммунизм это чистой воды абстракция, философская сущность, отвлечённая от жизни, если угодно некая идеализированная модель, какие человеческий разум изобретает на протяжении всего своего существования исключительно для самоуспокоения. Только раньше эти мечты принимали образ мифов, потом воплотились в сказаниях о библейском рае - а в прогрессивном XIX веке обрели вид «Манифеста коммунистической партии», вот и вся разница. Но разве кто-то в здравом уме борется с детскими сказками?
Тем не менее, поставить целью своей предвыборной программы пункт «Борьба с коммунизмом» это верный способ набрать популярность. И уж как минимум прослыть здравомыслящим человеком...
Странно. Когда Дон Кихот сражался с ветряными мельницами - его посчитали безумцем...
Но видимо такова загадочная природа избирателей, что, боясь несуществующего призрака, они готовы преклониться перед настоящим злом.

Эта необъяснимая но реально существующая неприязнь коммунизма, в Германии к 1932 году была усугублена действием самих немецких коммунистов. Или, вернее сказать, бездействием. Что они собственно делали? На улицах дрались с штурмовиками Рёма - но штурмовики не кончались, их становилось только больше и больше (в период наибольшего расцвета армия штурмовиков выросла до 2 миллионов, да в неё ещё влилось 400 тысяч лучших бойцов из «Стального шлема»). В парламенте фракция коммунистов активно голосовала... против. Говоря по-простому, ставила палки в колёса любым чужим начинаниям. Оттого и дружить с этой фракцией никто не хотел.
Ну а простому немецкому люду от немецкой компартии было ни тепло ни холодно. Хотя компартия действовала легально всё время существования Веймарской республики. Так что времени для конкретных дел у них было предостаточно - но вот сделано-то ничего и не было. Кроме уже упоминавшихся уличных драк с правыми. Но какой же немец захочет чтобы уличный хулиган стал президентом Германии?

Если читатель верит, что каким-то чудом Тельман мог преодолеть разрыв в три с половиной раза и хотя бы догнать Гитлера по популярности. Если читатель верит в это, невзирая на то, что даже из числа прокоммунистически настроенных немцев треть не желала видеть Тельмана во главе Германии (а уж прочие немцы и подавно). Если, наконец, читатель верит, что Сталин мог хотя бы в принципе повлиять хоть на что-то в Германии 1932 года (как будто ему нечем больше было заняться тогда, когда в СССР только начали восстанавливать заводы после разрухи гражданской войны - и то не везде, а лишь там, где удалось совладать с бандами, грабившими всех подряд). Если читатель верит, что волшебник Сталин мог проспонсировать «своих ставленников» (хотя какие они ему свои? нет, те немецкие коммунисты были ребята себе-на-уме - и уж Сталин это хорошо понимал) лучше, чем Тиссен, Крупп и прочие германские финансисты и промышленники - нацистов (не говоря уже о зарубежных вливаниях в возрождение нацеленной на Восток Германской Империи). И это мы ещё не упоминали о правившем тогда властителе империи где никогда не заходит солнце, у которого партбилет немецкой нацистской партии имел номер раньше, чем у самого Гитлера, а уж финансовые и политические возможности королевской семьи на тот момент превышают всё в мире - и одного шевеления монаршего пальца было достаточно чтобы уничтожить наци либо возвести Гитлера на трон (да, речь о Великобритании, которая к Германии куда ближе и влияние имела всегда куда больше, чем какая-то далёкая варварская Русь). И это Англия, Франция и США, как законые гаранты Версальского мира, обязаны были надзирать за его исполнением Германией - но почему-то «забыли». Так вот, если читатель и после этого верит, что во всём виновен злодей и тиран Сталин - верит, невзирая на все рассмотренные выше факты...
Ну, тогда мне больше нечего сказать

P.S.

Дочитавший до этого места мог заметить, что ситуация изложена, так сказать, в трёх приближениях - и каждое глубже предыдущего. Но есть ещё и четвёртое приближение - ещё глубже и точнее. Однако тут я умолкаю и рекомендую обратиться к более объективному источнику, а именно к книге «Гитлер против СССР» издания 1936 года (имеется ввиду лондонское издание, в СССР эта книга была переведена и издана годом позже с некоторыми авторскими дополнениями). Её автор Эрнст Генри был объявлен личным врагом Гитлера. Текст книги можно найти в интернете в виде сканов очень хорошего качества. И по сей день нет лучшего источника информации по Германии 30-х годов, учитывая полноту и широту изложенных там фактов, вплоть до мельчайших деталей.
Обратившийся к этой книге увидит, что ситуация была намного сложнее, чем я коротко изложил в этой статье. Но, даже в этом, точнейшем изложении немецкой истории тех дней, у коммунистов нет ни единого, даже гипотетического шанса завоевать доверие широких масс немцев.


суббота 16 мая 2020г
Алексей «Рекс»
Я люблю паро-панк Поддержи сайт
купи наши товары
Письмо
автору
Сайт существует с 16.12.2017